Православная Пасха в 2026 году празднуется 12 апреля
Августин Соколовски, доктор богословия, священник
Великий пост, по весьма древней традиции Православной Церкви, восходящей к первым поколениям апостольских учеников, имеет своей главной целью подготовку к празднованию Воскресения Христова. Пасха в 2026 году празднуется 12 апреля. Это раннее празднование. Ему предшествуют ровно 49 дней Великого поста и четыре подготовительных воскресенья.
«Итак, очистите старую закваску, чтобы быть вам новым тестом, так как вы бесквасны, ибо Пасха наша, Христос, заклан за нас», – пишет апостол Павел в Первом послании к Коринфянам о подготовке к Пасхе (1 Кор. 5,7). По аналогии со словами Павла о Пасхе – «наша Пасха» – Церковь, как Общество верующих, странствующее во времени, называет пасхальное время, великопостный период и подготовку к нему праздничным словосочетанием «наш Пасхальный Великий пост».
Неделя о Мытаре и Фарисее
Неделя о Мытаре и Фарисее – это первое подготовительное воскресенье к Великому посту по составу богослужения. С этого дня начинается использование богослужебной книги, называемой Постной Триодью. Постепенно Триодь будет употребляться все больше и больше и с началом Великого поста совершенно вытеснит Октоих, чтобы, в свою очередь, уступить место Октоиху с окончанием Пятидесятницы. Регулярное православное богослужение в течение года основано на принципе строго регламентированного чередования восьми мелодий, или тонов. Тексты этих гимнов содержатся в специальной литургической книге, называемой Октоих на греческом языке. В свою очередь, название «Триодь» происходит от греческого словосочетания «три песни». Так называется литургический канон основной части утрени в дни Великого поста.
На самом деле весь богослужебный год – это подготовка к Великому посту, Великий пост – это подготовка к Пасхе, Пасха – это встреча со Христом. Ибо, как писал Отец Церкви святой Августин (354–430), в Пасхе содержится таинство. Таинство – это реальность реального присутствия Бога здесь и сейчас, когда в очевидных и видимых вещах (воде, масле, хлебе и вине, и иных) происходит «прикрепление» человека к бессмертию. «Ибо ты отсечен от дикой по природе маслине и не по природе привился к хорошей маслине», – пишет апостол Павел в Послании к римлянам о сверхъестественном характере избрания верующих в благодати (Рим. 11,24).
За литургией первого подготовительного воскресения читается евангельское чтение о Мытаре и Фарисее. По словам Иисуса в Евангелии от Луки (глава 18, стихи 2–8), два человека «вошли в храм помолиться». Первый, который был фарисеем, хвалил себя перед Богом, а второй, который был мытарем, просил прощения: «Боже, будь милостив ко мне грешнику!» Это всего пять евангельских стихов, в которых все описано, заложены фундаменты поведения всего будущего человечества на тысячелетия и многие века, предопределены великолепные произведения культуры и искусства. Ими будут вдохновляться православные верующие во все времена, особенно те, кто проживает на чужбине и в диаспоре.
Притча о Мытаре и Фарисее может быть истолкована в личном нравственном смысле. Если хвалить себя и тем более унижать других, то следует ждать себе осуждения. Причем такое осуждение – это не просто упрек или какое-то ощущение несоответствия, но глубокая метафизическая катастрофа, переживаемая лично.
«Некий человек, наш знакомый, друг, родственник или просто некто, ходил в церковь, но потом разочаровался и перестал ходить», – часто говорим мы. В таких словах нет осознания подлинной трагедии и нет смирения. На самом деле следовало бы сказать: «Некий человек ходил в церковь, но по непонятным нам причинам Бог в нем разочаровался». В таком случае следует молиться, чтобы Бог Духом Святым даровал такому человеку благодать, чтобы он смог вернуться в Церковь. Ведь смирение – это не просто некая прикладная добродетель, как бы для пользы назидания сформулированная Церковью или священниками, но свойство Самого Бога, в подражании которому заключается настоящее счастье человека. «Мой негордый Бог», – называл Творца и Искупителя величайший православный пророк и духовный учитель православного христианства на рубеже первого и второго тысячелетия, преподобный Симеон Константинопольский (949–1022), которого современники прозвали «Новым Богословом», поскольку посчитали юродивым.
Со временем этот контекст оказался забыт, а прозвище «Новый Богослов» стало славным титулом признания. Ведь за почти двухтысячелетнюю историю святости Православие удостоило имени «Богослов» всего двух святых. Это апостол и евангелист Иоанн, Евангелие которого начинается с великолепного свидетельства о Сыне Божьем, Который есть Божественное Слово, Ставшее человеком во Христе Иисусе в истории. Второй Богослов Православия – епископ Григорий Назианзин (325–389), который проповедовал в Константинополе божественность Сына Божия против еретиков ариан.
Современником святого Григория был великий сирийский аскет по имени Исаак. Житие говорит о том, что в правление в столице императора-еретика Валента (364–378) он вышел навстречу последнему, когда тот отправлялся на войну с персами и предсказал ему скорую гибель за поддержку ереси. Валент приказал поместить Исаака в тюрьму, чтобы по своем возвращении с битвы казнить его за, как он был уверен, лжепророчество. Валент погиб в битве и даже тело его не было найдено. Это редчайший случай и знак чрезвычайной катастрофы.
Вслед за Валентом на престол взошел император Феодосий Великий (379–395), который был убежденным православным. Это дало возможность Григорию Назианзину прибыть в Константинополь и начать проповедовать Православие. Именно в честь Исаака был построен дорогой для сердца всех русских людей, гордость всех живущих в диаспоре, величайший православный Собор святого Исаака Далматского в северной столице России Санкт-Петербурге. Историки утверждают, что в день памяти Исаака по юлианскому календарю (тогда это было 30 мая) родился Петр Великий (1672–1725). Поскольку некоторые исследователи ставят эту дату под сомнение, на помощь историкам приходит богословие. Исаакий выступил противником правителя-еретика, тем самым он сделался покровителем православных императоров, каковым считал себя русский царь Петр.
Та же самая Притча о Мытаре и Фарисее может быть истолкована в теологическом, экклезиальном смысле. Тогда из личного морального призыва она становится обращением ко всем вместе верующим. Церковь – это Общество верующих. Поэтому Притча о Мытаре и Фарисее – это призыв ко всей Церкви. «Имеющий ухо да слышит, что Дух говорит церквам», – так сказано в книге Апокалипсис (3:22).
Мытарь и Фарисей – это вся Церковь. Символ Веры называет Церковь святой. Церковь действительно свята и безупречна, она буквально наполнена праведностью, она сообщает добродетель. Одновременно Церковь – это общество людей. Как говорил сирийский Отец Церкви Ефрем (306–370), чью молитву «Господи и Владыка живота моего» верующие читают за великопостным богослужением: «Вся Церковь есть Церковь кающихся». В свою очередь, латинский Отец Церкви святой Августин (354–430) предупреждал, что «Церковь – это сложное двухчастное тело, в котором одна часть принадлежит Христу, а другая – дьяволу». Пока история не закончилась, грешным, а таковы все, надлежит каяться; а зло в конце истории (не важно, прячется ли оно в Церкви или за ее пределами) будет повержено в озеро огненное.
Вот полная цитата Апокалипсиса: «Тогда отдало море мертвых, бывших в нем, и смерть и ад отдали мертвых, которые были в них; и судим был каждый по делам своим. И смерть, и ад повержены в озеро огненное. Это смерть вторая. И кто не был записан в книге жизни, тот был брошен в озеро огненное» (Откровение 20:13–15).
Эти грозные слова таят в себе глубокую оптимистичность. Ведь в них утверждается, что пока история мира не завершена, место вечного воздаяния пусто. Оно приготовлено для ада и смерти. У каждого есть время покаяться, чтобы не оказаться там вместе с этими обреченными на вечное уничтожение реальностями.
Когда Церковь забывает, что она «тоже мытарь», что нам всегда необходимо смиряться и каяться, Бог подвергает Церковь кризисам, благополучие заменяется преследованием. Если Церковь забывает о своей сверхъестественной природе, перестает хвалить Бога за дарованные ей безмерные дары, которые проявляются в добродетелях верующих и святых (это образ фарисея), тогда будни ее становятся серыми. Она погружается в бюрократию и перестает привлекать своей красотой людей, перестает быть миссионерской.
В недели Великого поста Церковь как Общество верующих будет вдохновляться евангельскими поучениями.
Неделя о блудном сыне
Второе подготовительное воскресенье перед Великим постом – это Неделя о блудном сыне. За воскресной литургией читается великая притча Господа Иисуса. Это больше, чем притча, это настоящее событие в мировой истории. С того момента, как Иисус произнес притчу о блудном сыне, а евангелист Лука записал эти слова, движимый Духом Святым, ход истории изменился. Изменился ход человеческой истории, потому что отныне в ее основу было положено покаяние. Принцип преступления и наказания, который до этого господствовал во всех религиях и во всех отношениях человека и Бога, сменился ожиданием прощения.
Как и повествование о Мытаре и Фарисее, Притча о блудном сыне содержится исключительно в Евангелии от Луки. Это 15-я глава, стихи 11–32. На языке богословия такая принадлежность того или иного важного неповторимого материала единственному литературному памятнику называется немецким словом «зондергут» (буквально: «особенная нагрузка», «особый груз»).
Бог Отец принимает блудного сына, он раскрывает свои объятия и готовит Ему пир со словами: «Принесите лучшую одежду и оденьте его, и дайте перстень на руку его и обувь на ноги; и приведите откормленного теленка, и заколите; станем есть и веселиться!» – провозглашается в Евангелии.
Церковь – это сообщество толкователей. В нашем православном христианском понимании подлинный пир веры, вечеря прощения и благодарения – это Святая Евхаристия. Это означает, что у Небесного Отца из Притчи был еще один Сын, единственный и неповторимый, Который, подобно тельцу закланному, или лучше, словно Агнец, отдал Себя за грехи мира, чтобы прощение наступило.
Притча о блудном сыне читается Церковью за две недели до наступления Великого поста. Так все верующие призываются к покаянию и Евхаристии, к двум таинствам, которые, будучи сакраментальными объятиями Небесного Отца, раскрывают двери Его дома. Чтобы войти в Царство, нужно забыть себя прежнего и вернуться вопреки величине греха и собственному стыду. Необходимо также остерегаться. Важнейшая парадигма библейского поведения верующего человека призывает не оглядываться по сторонам и не осуждать божественное прощение по отношению к другим, как это, увы, сделал старший сын. И наконец, покаяние должно быть настоящим. Невозможно приходить в Церковь или, например, принимать монашество – образ притчи о блудном сыне в реализации – из соображений карьеры или удобства. Покаяние понарошку – это очень тяжкий грех; притче о блудном сыне невозможно просто подражать, ее нужно раз и навсегда исполнить.
Сретение Господне
В богослужении Русская Церковь следует старому стилю. Это позволяет сохранить удивительное сочетание неподвижных и подвижных праздников, которое при переходе на новый современный календарь неминуемо бы стиралось. Так, в юлианском календаре Пасха может совпадать с Благовещением, а Петровский пост, который начинается на восьмой день после Пятидесятницы, всегда сохраняется, даже если Пасха бывает чрезвычайно ранней, а сам этот пост в таком случае длится всего несколько дней. В греческих церквях, которые следуют новому стилю, такие совпадения невозможны, и это чрезвычайно жаль. Особенно отчетливо такие удивительные совпадения праздников ощущаются православными, живущими вдали от родины.
Примером такого совпадения или сочетания подвижных или неподвижных праздников является близость Недели о Блудном Сыне с Праздником Сретения Господа. Праздник Сретения завершает особый и очень важный цикл торжеств. Он начинается с Рождественского поста за сорок дней до Рождества; он продолжается сорок дней и заканчивается Сретением. Сретение – это принесение Иисуса в Храм. Поскольку первенцы Египта были уничтожены в Ветхом Завете, Бог повелел, чтобы первенцы Израиля были посвящены Ему. Праздник Сретения – это посвящение Иисуса Богу. Поскольку Мария приносит Иисуса в Храм, этот праздник равно в честь Господа и в честь Марии, одновременно Господский и Богородичный праздник. В этом он подобен Благовещению. Это очень важная и редкая особенность.
В своем эссе под названием «Что такое диспозитив?» величайший философ современности Джорджо Агамбен описывает свой метод. Он начинает размышление вместе с тем или иным философом, над которым работает, но затем в самый ответственный момент как бы взламывает первоначальный замысел последнего. Так рождается новое философское построение. В рассуждении о временах и праздниках Церкви мы применим подобный метод к богословскому размышлению.
Главным героем праздника Сретения Господня является Симеон. Событие Сретения описано только в одном из Евангелий, Евангелии от Луки, и также только Лука описывает Притчу о блудном сыне. Как уже упоминалось, Сретение по юлианскому календарю почти всегда отмечается в непосредственной близости от воскресенья Блудного сына, а в 2026 году оно и вовсе совпадает с ним. Это дает Церкви – Сообществу толкователей – повод для особых вдохновенных благодатью Духа Святого богословских размышлений.
Притча о блудном сыне описывает отца, у которого два сына. Один из них праведный, а другой блудный. Отец принимает обоих, но старший сын осуждает младшего брата, который был блудным и которого отец простил. В ответ он слышит недоумение своего доброго отца. «Он же сказал ему: сын мой! Ты всегда со мною, и все мое твое, а о том надобно было радоваться и веселиться, что брат твой сей был мертв и ожил, пропадал и нашелся» (Лука 15: 31–32). В праздник Сретения православные верующие слышат продолжение этой притчи.
Отец – это не только Небесный Отец, но и образ любого доброго родителя, который прощает здесь, на земле, и который милосерден. Но милосердие – это не искупление. Отец в притче о блудном сыне – это Симеон. Он состарился и пережил обоих своих детей. Он остался один и жил неподалеку от храма. Милосердие не приносит искупления. «После нас все будет как прежде. Молодость вновь будет утопать в житейском море. Мы продолжаем умирать, пока живем. Мы умираем живыми, еще до собственной смерти. Мы движемся к концу. Но время не знает пощады. Время, пожалуйста, остановись», – поет Тилль Линдеманн в своей балладе под названием «Time» (в немецком оригинале «Zeit»). Скорбя о том, что прощение не побеждает время и что все на земле смертно, Симеон ждал пришествия Мессии. Оказалось, что тот, кто был воплощением подлинного отцовства, сам тоже нуждался в настоящем отце.
В одном из патериков, то есть изречений древних отцов-пустынников, к подвижнику пришел некто из города, чтобы сообщить ему о внезапной смерти его родного отца. «Ты лжешь, мой Отец бессмертен», – воскликнул подвижник. Праздник Сретения Господня – это радость Церкви по поводу этих слов. Это единая солидарность в молитве хвалы Богузато, что во Христе Он стал нашим истинным Отцом.
«Отче наш, сущий на Небесах» – как мы снова и снова повторяем в любимой молитве Господа.
