Как замечательно было всего несколько десятилетий назад отправиться в Прибалтику! С чистенького Рижского вокзала, немноголюдного, уютного (недаром рязановский «Вокзал для двоих» здесь снимали) экспресс мчал практически за границу. Литва, Латвия и Эстония, конечно же, были советскими республиками, но не покидало ощущение поездки в другой мир – с вкусным кофе, изысканными закусками, европейской модой, музыкой Паулса, янтарем и соснами, размеренным ритмом жизни! Не было пограничников, проверки документов и багажа…
Увы, и тогда в том, как бы европейском мире, местные жители здоровались с прибалтийской холодностью, а продавцы не с первого раза отвечали на вопрос, заданный по-русски.
Теперь ни в Ригу, ни в Таллин, ни в Вильнюс не съездить, не слетать без особых причин. История отношений балтийских стран и России давно уже стала историей ненависти. Наши пенсионеры в Латвии оказались вне закона – сдать языковой тест практически невозможно; школьников принудительно отрывают от русского языка; нашим многочисленным соотечественникам категорически не позволяются никакие конструктивные инициативы. Конечно, все факты дискриминации неукоснительно фиксируются в ежегодных обзорно-аналитических докладах МИДа России. Отмечается, что страны Балтии создали в современной Европе мрачный прецедент: под знаменем европейских ценностей созданы государственные машины по массовому вытеснению русского языка и выдворению граждан, отдавших этим странам десятилетия жизни и работы.
В спецвыпуске «Русской мысли» немало материалов о сегодняшнем состоянии российско-балтийских отношений, причинах конфликта. Мы вспоминаем балтийцев, которые сыграли немалую роль в российской истории и культуре, а также замечательных поэтов, которых блестяще переводили в Советском Союзе. Пишем о снесенных памятниках освободителям и попытках уничтожения памяти о русских деятелях культуры, живших в Прибалтике.
Вспомнились строки Риммы Казаковой:
Ты приходишь, Прибалтика,
как корабль из тумана,
от петровского ботика,
от пустынь океана.
Простираешься, сизая,
смутно и непогоже.
Не моя, не российская,
но российская тоже.
С этим и живем.
Леонид Колпаков
