Как из группы бедуинских племен ОАЭ стали развитой державой
Евгения Пименова, политолог, кандидат исторических наук
Небоскребы самых причудливых форм и модные пляжи Дубая, жара и песчаные дюны, элитные спортивные машины на автострадах и роскошный шопинг, шейхи в белых одеяниях – именно это обычно приходит на ум, когда речь заходит об ОАЭ. А что за рамками яркой картинки? Ведь стране удалось не только создать образ манящей «восточной сказки», но и приобрести реноме международного бизнес-хаба.
Так как же территория со сложным (а для жителей средней полосы, скажем откровенно, малопригодным) климатом, состоявшая из разрозненных племенных объединений, за полвека превратилась в высокотехнологичное государство, вошла в мировую десятку самых востребованных направлений для эмиграции и уже действует как влиятельный региональный игрок? И как выглядит жизнь в Эмиратах глазами экспата – человека, временно проживающего там?
Поначалу, когда только попадаешь в окружение небоскребов из стекла и металла, улиц и торговых центров, где пахнет дорогими восточными благовониями, трудно представить, что на месте всего этого были почти безжизненные песчаные дюны.
ОАЭ появились на карте мира совсем недавно – 2 декабря 1971 года. Тогда шесть эмиратов на побережье Персидского залива (кстати, в самих ОАЭ его обычно называют Арабским) решили создать федерацию. Этими эмиратами стали Абу-Даби, Дубай, Шарджа, Аджман, Умм-эль-Кувейн, Фуджейра. Год спустя к ним присоединился Рас-эль-Хайма.
С древности на этих землях (вернее, песках) проживали племена бедуинов. Кочевали с караванами по пустыне, разводили верблюдов и коз. На побережье жизнь была чуть более оседлая – ловили рыбу, искали жемчужные раковины. Добыча жемчуга была основой местной экономики целые столетия.
Вместе с исламом, привнесенным в регион в VII веке, появилась и первая государственность: именно тогда Арабский халифат распространил влияние и на эту часть Аравийского полуострова.
Правда, реальная власть на местах все равно осталась за местными кланами. Некоторые племенные союзы стали развивать свой флот и заниматься морской торговлей. Персидский залив постепенно становился зоной пересечения важных торговых и судоходных путей и стал представлять немалый стратегический интерес для региональных держав.
С началом эпохи Великих географических открытий это поняли и европейцы. Около ста лет в этих краях господствовали португальцы, соперничая за влияние с Османской империей, Персией и Оманом. С XVII века место Португалии заняла настойчиво расширявшая колониальные владения Великобритания, которая стремилась заполучить доступ к наиболее коротким водным путям из Европы в Индию. Надо было также обезопасить ходившие там суда Ост-Индской компании: они подвергались риску нападения со стороны местных племен.
Британия закрепилась тут на три с лишним столетия. Причем к середине XIX века Лондон смог сделать несколько прибрежных «княжеств» (включая будущие Эмираты) своим протекторатом и вплоть до 1971 года контролировать регион. Британцы проявляли предпринимательскую находчивость и основательность. Еще в 1930‑е на волне успехов в поиске нефти в Иране и Ираке Великобритания начала геологоразведку и по другую сторону залива, действуя по концессиям, выданным местными шейхами. Вскоре были открыты богатейшие нефтяные месторождения.
Да, мешали изнурительно жаркий климат, нехватка инфраструктуры, бездорожье, но работа шла. И была приостановлена лишь из-за Второй мировой войны. Но на излете 1950‑х из скважины в Абу-Даби был получен первый коммерчески значимый объем «черного золота». В начале 1960‑х начался его официальный экспорт.
Приток доходов от продажи углеводородов стал экономической революцией для региона. Хлынул поток иностранных инвестиций и рабочей силы. На месте бедных рыбацких деревень, затерянных в песках ферм и крестьянских поселений стали строить современные дома и офисы, автомагистрали и мосты, больницы и школы.
За всеми этими преобразованиями стоял шейх Заид ибн Султан Аль Нахайян – он сыграл главную роль в создании современных Эмиратов. О нем здесь говорят как об «отце нации», его именем названы улицы, стадионы, университеты, мечети, больницы. Именно его усилиями объединение страны произошло быстро и без особых разногласий. Он стал первым президентом ОАЭ (Эмираты сегодня – федеративное монархическое государство) и пробыл на посту до своей смерти в 2004 году. Он считал, что нефтяные доходы необходимо в первую очередь инвестировать внутри страны – для подъема здравоохранения, образования, улучшения экологии, инфраструктуры. Это стало его глубочайшим внутренним убеждением – он родился и вырос в суровых условиях пустыни, долго жил очень просто и даже бедно, знал голод. Кроме того, придерживался и бедуинской философии: глубокое чувство своей земли, связи с предками, общинность, долг лидера перед племенем
Эмиратцы искренне уважают своих правителей, но особенно чтут именно шейха Заида. Почти везде – будь то ресторан, торговый центр или даже крохотная лавка – на самом видном месте его портрет.
Со временем начинаешь ощущать, что современные Эмираты – уникальный мировой феномен. Неслучайно страна регулярно попадает на высокие позиции в международных рейтингах. И хоть рейтинги – вещь, как мы знаем, условная, им действительно хочется быть лучшими, на это не жалеют средств и усилий. Например, по данным ООН за 2025 год, ОАЭ заняли первое место по индексу счастья в арабском мире. Многие удивятся, но Эмираты – в первой десятке стран с наибольшим числом компаний в сфере искусственного интеллекта, а два крупнейших мегаполиса страны – Дубай и Абу-Даби – впервые оказались в топ-5 самых «умных» городов планеты.
Но, конечно, источник всего этого заключался в умелом использовании доходов от запасов нефти. До недавних пор почти 70% дохода бюджета Эмиратов формировалось именно за счет экспорта углеводородов, а вот теперь эта доля заметно снизилась благодаря успешной диверсификации экономики. Стоит поучиться! Скажем, кратно выросли доходы от туризма, финансовых услуг, продажи недвижимости, торговли и логистики. Все это чувствуешь в повседневной жизни.
В сезон (а он обычно длится с октября по апрель) в моллах и на улицах можно увидеть тысячи приезжих отовсюду, а в порт Абу-Даби то и дело заходят круизные лайнеры величиной с небоскреб.
Некоторые районы Абу-Даби и Дубая выглядят, как гигантские строительные площадки: массово возводятся жилые дома, бизнес-центры, спрос на квадратные метры ощутимо вырос.
Думаю, многих людей (и туристов, и тех, кто решил пожить здесь) привлекает, что во внешней политике ОАЭ придерживаются принципа «равноудаленности» от Запада и Востока. Хотя нейтральность вовсе не означает непричастности к происходящему вокруг. В ОАЭ развивают так называемую концепцию средней державы, которая подразумевает наращивание локального влияния без стремления к мировому лидерству. Страна расширяет гуманитарные программы и претендует на роль стабилизатора региона. Правительство ОАЭ, прекрасно понимая, что такое имиджевые акции и проекты, создает образ модернизированного, технологичного и толерантного Востока.
Страна развивает и свои космические программы. В 2019 году космонавт Хаззаа аль-Мансури отправился на МКС с космодрома «Байконур» и стал первым арабом и первым гражданином ОАЭ, побывавшим вблизи звезд. В 2023‑м Султан Аль-Нейади отправился на МКС, где провел полгода и оказался первым арабом, вышедшим в открытый космос. Кстати, оба обучались в Звездном городке – Центре подготовки космонавтов имени Юрия Гагарина.
Взаимодействует ОАЭ и с другими странами. В 2020‑м с японского космодрома при сотрудничестве с учеными США запустили эмиратский межпланетный аппарат Hope Probe, который успешно поработал на марсианской орбите.
