Окончание. Начало читайте в № 169/9–10 и 171/01–02
Андрей Буровский
Разный Рим
Империя стояла до тех пор, пока римлянин мог сказать варвару то, чего варвар не знает, превосходил варваров техникой и дисциплиной. А если варвар уже и так все знает? Рим объединял и создавал инфраструктуру? Но он уже объединил, уже построил дороги. Рим манил соблазном гражданства и римских законов? Но теперь все граждане, все живут по римскому закону. И вообще, теперь все римляне, все говорят на латыни. Все граждане. Все умеют строить дороги, стены и башни. Все умеют торговать. Все умеют сплачивать людей.
С III века Рим разделен на провинции, которым одна цена. Но если это так, зачем нужен провинциям Рим? Истощившаяся Италия, из которой ушли самые активные и умные? Теперь история Римского государства – это история не города и даже не большой страны Италии. Это история многонационального и многокультурного государства, громадного и очень разного в разных местах.
В каждой провинции происходят важные для нее события, царят свои обычаи, нравы и образ жизни. История каждой провинции началась не с Рима. Каждая провинция имеет свою давнюю историю, которой можно посвятить книги, целые библиотеки. Первые попытки провинций отделиться происходят уже в III веке.
В 212 году греко-иудейский караванный город Пальмира стал римской колонией с италийским правом. И тогда местный уроженец, сенатор Септимий Оденат восстал, объявил Пальмиру самостоятельным государством. Его убили в междоусобицах, но сын Септимия Оденат II объявил себя «императором римлян».
При Зенобии, вдове (и убийце) Одената, Пальмира присоединила к себе Малую Азию, Палестину, Египет, Сирию. Странный гибрид Греции и Древнего Востока просуществовал до 273 года, когда Аврелиан завоевал Пальмиру и во время триумфального шествия провел Зенобию в цепях через Рим.
В Зенобии смешались арамейские, иудейские, арабские и египетские корни. Ее часто представляют как некую героическую защитницу Отечества от злобных римлян – как Боудикку в Британии. Но и сама Зенобия совершенная римлянка восточного происхождения. Тем более вся семья ее мужа – местные уроженцы с римским гражданством и римскими именами. Римская знать, родившаяся в Пальмире.
В 260 году в Колонии Агриппина (современный Кельн) возникла еще и Галльская империя. Создал ее римский полководец из германского племени батавов Марк Постум (германское имя неизвестно). Начав на Рейне, Постум присоединил к себе почти всю Северную Галлию, Испанию и Британию. Себя он провозгласил императором Рима, а Кельн столицей, где избрал Сенат и двух консулов.
Вскоре объявился еще один император – Лелиан в городе Могонтиаке (Майнце). Он опирался на местных ополченцев из разных германских племен. Постум захватил Могонтиак и убил Лелиана, но совершил большую ошибку: не позволил своим войскам разграбить Могонтиак. Огорченные легионеры убили Постума и все равно пошли грабить.
От Галльской империи отделились Британия и Испания, а новым «императором» стал правитель Аквитании, римский патриций Гай Пий Тетрик. Этот самозванец вместе с сыном завоевал часть Южной Галлии и Британию…. Но в 274 году отец и сын, оба Тетрики, сдались без боя императору Аврелиану. Видимо, они оказались не в силах справиться с собственным войском и просто бежали от него к Аврелиану спасаться.
История не знает о каких-либо потрясениях, охвативших Галлию и Британию в эти 13 лет. Провинции жили, как жили, пока римляне, галло-римляне и романизированные германцы восставали и отделяли их от остальной Римской империи.
Вывод простой: провинции уже могут жить сами по себе и без центральной власти. Рим уже дал все, что был в состоянии дать.
Империя выращивает могильщика
Можно, конечно, искать самые фантастические причины падения Римской империи.
«Рим пал потому, что римляне растворились в разноплеменной толпе низких народов», – сказал французский аристократ Жозеф Артюр де Гобино, основатель расовой теории. «Римскую империю развалила революция рабов», – полагал советский историк Михаил Покровский. «Рим пал, потому что христианство победило древнее язычество», – объясняли Отцы Церкви. «Потому что римляне выродились», – отвечали германские аристократы. «Потому, что римляне ушли далеко от родных им морей», – полагал английский философ Томас Гоббс. «Потому что они были слишком привязаны к морям», – уверяли германские ученые.
Мы легко увидим вполне реалистичные причины, среди которых главная: империи гибнут блистательно. Гибнут потому, что уже всему научили, передали эстафету новым народам. Потому что народ, создавший империю, растворился среди завоеванных. Потому что империя утратила свое превосходство, и теперь провинции могут жить без объединяющего центра. Кроме того, империя никак не может преодолеть инерцию собственной истории: традицию демократии, страха единовластия.
Но есть у империй еще одна, поистине мистическая черта: каждая империя сама воспитывает своего могильщика. Для Римского государства главным могильщиком сделались германские народы. Обычно франков и саксов называют «племенами». Скорее, это небольшие народности. Наверное, завоевать Германию было труднее, чем Галлию: страна холоднее, реже населена. Расстояния велики, добыча мала, земли плохи для раздачи солдатам. Но освоили же римляне долину Рейна. Завоевать же Германию было необходимо уже для того, чтобы создать безопасную границу на севере.
Галлы тоже нападали на Рим, даже не раз брали штурмом древнейший город. Они были ничуть не цивилизованнее германцев и в такой же степени воинственны.
В планы Октавиана Августа входило завоевать Германию, но первый опыт оказался неудачным. Воюя с германскими народами, Октавиан и Тиберий заняли территории современных Австрии, Баварии и Венгрии. Германцы прекрасно понимали, что Рим готовится прибрать их к рукам. Риму противостояли вовсе не дикие племена, а небольшие государства: скажем, племенной союз маркоманов. Само название означает нечто вроде «люди пограничья». Вождь маркоманов Маробод воспитывался при дворе Октавиана. На территории современной Чехии он собрал войско – 70 тысяч пехоты и четыре тысячи конницы. Заключив с ним почетный мир, римляне в пятом году создали Провинцию Германия. Легионеры зимовали в лагерях по Рейну, а летом осваивали междуречье Рейна и Эльбы.
Военачальник Публий Квинтилий Вар летом жил в долине Везера. Он был уверен, что Германия практически замирена. Ему активно «помогал» сын вождя племени херусков Герман. Римляне называли его Арминий. Он служил в легионах, прекрасно знал латынь, имел римское гражданство и тайно готовил вооруженное выступление против империи.
9 сентября девятого года римская армия, до 30 тысяч человек вместе с германскими и римскими женами и детьми от них, с обозами и скарбом, направилась к Рейну в зимние лагеря, как делалось всегда с наступлением осени. И тут, в Тевтобургском лесу, на них напали германцы Арминия. Полил дождь, среди дубов держать строй было невозможно. Германцы прыгали с дубов, стреляли из луков. Римляне пытались построить лагерь… Для него не хватало материала. Обозы бросили. К германцам подходили все новые подкрепления.
Квинтилий Вар и его офицеры дружно покончили с собой. Захваченных офицеров германские жрецы принесли в жертву своим божествам, развешивая на дубах, приколачивая к стволам живых и мертвых. Обезглавленную армию истребили почти полностью…
Будь Арминий царем или полководцем цивилизованного народа, надо было ждать нашествия на Италию. Но чем Арминий сплачивал германцев? Только враждой к Римскому миру. То есть – долой дисциплину! Да здравствует разобщенность племен, своеволие отдельных людей, неподчинение никаким авторитетам. Парадокс, но Арминий мог сплотить Германию, мог бы даже стать Римским императором, если бы продолжал честно служить Риму. Он выбрал иное… Германцы бросились на римскую крепость Ализо в глубине Германии, при впадении реки Елизо в Липпе-Эльзен, близ современного Падеборна. Взять крепость не смогли и разошлись. А гарнизон в штормовую ночь прорвал форпосты оставшихся дикарей и ушел на Рейн.
Судьба Арминия печальна: против него не раз восставала собственная знать; в конце концов его убил тесть Сегест, чью дочь Туснельду Арминий захватил силой.
Октавиан тяжело переживал гибель армии. Он несколько месяцев не брил бороды и волос. Не раз он бился головой о косяк двери, крича: «Вар, верни мне мои легионы!»
Тиберий и Германик водили войска в Центральную Германию, били германцев, но в конце концов ушли – слишком велики были потери.
Германские историки, особенно нацистские, глубокомысленно говорили, что победить германцев нельзя: такие они героические и свободолюбивые. На самом же деле причина, по которой Рим фактически отказался завоевывать Германию, совершенно загадочна. Германцы ничуть не воинственнее галлов, а в долине Рейна были романизированы нисколько не меньше. Не было сил? Но против Паннонии бросили 15 легионов, а против Германии – 5. 15 легионов быстро привели бы страну в состояние благоразумия, тем более что союзные германцы сами предлагали сформировать новые легионы. Стоит поставить гарнизоны, обложить население налогом, начать вербовку в легионеры – и «германский вопрос» был бы закрыт навсегда, как давно закрыт «галльский».
И без этого 60% римской армии веками стояли на германской границе. Новая граница по Эльбе или по Висле и Днестру кровоточила бы намного меньше. Но ни один император ни разу не пытался этого сделать. Ни один!
Пассивность Рима не объяснима рациональными причинами.
Октавиан включил механизм, обреченный погубить Рим: начал выращивать силу, которая спустя века похоронит Западную Римскую империю. Он начал завоевание Германии и бросил на полдороге. Породил у германцев смесь раздражения, гнева, любопытства и веры, что Рим можно победить. Спустя четыре столетия германцам удалось то, чего не смогли сделать ни галлы, ни пуны, ни греки, ни персы.
…И никаких Средних веков!
Историки XIV–XV веков рассказывали, что дикие варвары сокрушили высокую культуру образованных, но изнеженных римлян. Наступили Средние века… Почему «Средние»? Потому что начались упадок, одичание. А вот после Средних веков пришло время возродить высокую древнюю культуру. Эта схема красиво обосновывала, что надо учиться, почитая римских предков. Схему переняли и позже – ученые XVIII–XIX веков. Схема по факту неверна.
Многие современные историки вовсе не считают, что в Средние века произошла культурная катастрофа. Название книги одного современного французского историка может быть переведено как «…И никаких средних веков!». История Европы V–XIII веков – это история грандиозного по масштабу синтеза римской культуры и культуры германских народов. Но какой Рим стал образцом для нарождавшейся Европы? Не варваризованный Рим V века. Рим высшего взлета. Рим, который учил и у которого учились.
Все империи знают час высшего взлета, когда к центру империи текут материальные ценности, когда в него вливаются лучшие люди завоеванных народов. Рим I века до Р.Х. – II века по Р.Х. Римский мир за неполные три века своего величия создал ценности, которые уже не зависят от существования Римского государства. Невозможно вынуть римское основание из здания Европы.
Вынь – и все здание обрушится.
Культура и государство
Культура Рима и не подумала умирать.
Сын Божий, которого первыми из людей увидели подданные Римской империи, сказал, что зерно может быть вечным, только умирая и прорастая в земле. Так и есть. Вечный Рим много раз умирал и прорастал. Это блистательная смерть. Та смерть, в которой – и бессмертие.
Сохранилась легенда, что в середине V века перед походом на гуннов Флавий Аэций, полководец Западной Римской империи, трехкратный консул, удостоившийся эпитета «последний из римлян», проводил смотр войскам. Среди солдат он увидел мальчика лет 17, с трудом державшего вертикально огромное боевое копье.
– Ты кто? Что тут делаешь?!
– Я римлянин, я иду воевать за Рим.
– Меня называют «последним римлянином». Значит, нас уже двое, – ответил Аэций.
Судьба мальчика неизвестна. Известно, что «последним римлянином» называли еще многих людей, включая служившего франкам Григория Турского, консула Римской империи Аниция Манлия Северина Боэция и по крайней мере еще десятерых человек. Кто из них последний? Последний римлянин еще не родился. Скорее всего, он никогда не родится. Рим живет в нашем сознании и подсознании, в наших костях, душах и жилах. Мы – это и есть Рим. Рим еще стократ умрет, стократ воскреснет. История Рима продолжается. Рим вечен.
Если мы встретимся в космосе со змеелюдьми или разумными минералами, мы опишем их словами, в которых будет немало латинских корней. Мы осмыслим их в понятиях, придуманных учеными Великого Рима.
Но государство-то погибло!
Империя не хотела умирать
Римская империя умирала долго и мучительно. Уже в конце IV – начале V века на территории Рима появляются «варварские королевства»: государства бургундов, вестготов и остготов, вандалов и маркоманов. Меньше известны государства, которые создавали сами римляне после ухода легионов из той или другой провинции.
В Северной Галлии император Майоран создал особую Суассонскую область, отдал ее в правление выходцу из старинной галло-римской семьи Эгидию. После смерти Майорана Суассонская область оказалась отделена от Италии германскими княжествами. Эгидий и его сын Афраний Сиагрий правили как самостоятельные государи до 486 года. Их страна так и вошла в историю как государство Сиагрия.
Больше известен галло-римский король Артур, которого современные англичане называют порой «последним римлянином и первым британцем». В легендах и сказаниях упоминаются и «последние римляне» Британии, и кельтский жрец Мирддин, или Мерлин.
Благодаря рыцарскому эпосу XII–XV веков эти события стали невероятно романтичными и увлекательными… А ведь за сказаниями стоит память о римском государстве, пережившем Римскую империю, павшем только в VII веке… Независимо от того, насколько историчны легенды про короля Артура и его династию, этот осколок Рима ничем «не хуже» государства Сиагрия, а просуществовал он на два столетия дольше.
Но и варварские королевства, в том числе и государство франков, которое стремительно расширялось до 814 года, фактически продолжали римскую государственность. Не случайно же король франков Карл Великий в 800 году провозгласил себя императором, тем самым заложив основы Священной римской империи германской нации, дожившей до XIX века.
Но империя все же погибла!
Подведем итог: главной причиной гибели Древнего Рима стало то, что он дал все возможное: и своим подданным, и соседям. Все! Он уже не мог оставаться лидером. Рим изменялся потому, что в самой империи стало невозможно сохранять его наследие: гражданское общество, армию свободных людей, демократию. В языческие времена римлянин приносил жертву императору – живому богу, символу вечного Рима. Гражданин Рима чувствовал себя связанным с историей, жизнью, политикой своего государства. Нищий же плательщик налогов, лишенный права носить оружие, себя частью государства не чувствует. И своей знати не доверяет. И императору жертвы не принесет… Для него варвары даже лучше – они берут меньше налогов.
Примерно так оно и было.
