Россия поддержала правительство Авраама Линкольна во время Гражданской войны в США и была их союзницей в двух мировых войнах
Вячеслав Катамидзе
Соединенные Штаты Америки и Россия были вовлечены во многие крупнейшие мировые события, происходившие на нашей планете. И, что особенно важно, именно сотрудничество США и СССР и их союзные отношения в ходе Второй мировой войны послужили на благо всего человечества.
Министр иностранных дел СССР Андрей Громыко как-то назвал отношения между Советским Союзом и США «качелями». Он, конечно же, имел в виду то, что в разные периоды времени они были то дружескими, то крайне непростыми.
Декларация независимости США
Если заглянуть в глубь веков, Россия, несомненно, заслуживает благодарности и уважения американского народа уже за то, что она трижды приходила ему на помощь в самые тяжелые времена его истории.
4 июля 1776 года Второй Континентальный конгресс, собравшийся в Филадельфии, принял Декларацию о независимости североамериканских колоний от Великобритании. 2 августа документ подписали представители всех 13 британских колоний. На карте мира появилось новое государство – Соединенные Штаты Америки.
Реакция Британской империи была ожидаемой: она начала готовиться к подавлению бунта колонии. Король Великобритании Георг III обратился к императрице России Екатерине II с просьбой предоставить ему русский флот и 20 тысяч солдат для борьбы с североамериканскими повстанцами, но получил отказ, хотя формально Российская империя считалась тогда союзницей Великобритании. Вероятно, Екатерина II была недовольна тем, что англичане блокировали морские пути из Европы в Америку, захватывая, а то и отправляя на дно торговые корабли, в том числе и русские. Императрицей был даже издан указ о защите русского торгового флота от пиратства.
Екатерина II была мудрой женщиной, и к тому же у нее были умные и образованные советники, имевшие большой опыт международной политической и дипломатической деятельности. Изучив просьбу короля Георга III, они составили следующий документ для императрицы, который дошел до нас в сокращенном и осовремененном виде:
Воевать за чужие интересы следует только тогда, когда они полностью совпадают с собственными. В данном случае интересы Российской империи и Британской империи не только не совпадают, но и противоположны. Британцы желают восстановить свою власть над бывшей колонией; мы же хотим независимой Америки, с которой могли бы дружить и торговать без помех.
Британская империя велика, но сама метрополия мала и с трудом управляет колониями. Но мир развивается, и со временем колонии станут крепче, чем метрополия, и она их неминуемо потеряет. Содружество штатов уже один раз декларировало свою независимость, и даже если Англия лишит их самостоятельности снова, эти колонии неизбежно восстановят собственную независимость. А Россия, если будет сейчас помогать британцам, навсегда потеряет возможность установить с Америкой добрые отношения.
Кроме того, воевать за интересы чужой державы придется на другом конце света, где к тому же существует риск военных столкновений с войсками Испании и Франции, которые обладают большой поддержкой в странах к югу от мятежных штатов. Если мы и усилим свое присутствие в Америке, то это следует делать в силу наших общих интересов с независимыми штатами, а не с Англией.
В 1780-х годах дипломатия Екатерины II обеспечила молодому государству, вступившему в открытую борьбу против могущественной Британской империи, нейтралитет прочих великих держав и свободу от морской блокады со стороны англичан, их союзников и вассалов.
Таким образом Российская империя (наряду с Францией, которая вела свою игру против британцев) сыграла значительную роль в снятии торговой блокады, способствовала обеспечению американских повстанцев всем необходимым для победы над Британской империей.
Отдавая дань уважения русским, автор Декларации независимости США Томас Джефферсон заказал в 1805 году для своей усадьбы Монтичелло на юге штата Виргиния мраморный бюст внука Екатерины II – тогдашнего русского императора Александра I, которого Джефферсон, третий американский президент, считал лучшим политиком эпохи.
По мере того как подходила к концу Отечественная война 1812 года и близился окончательный разгром наполеоновской армии, англичане, полагая, что внимание всей Европы сосредоточено на этих событиях, решили осуществить еще одну военную авантюру и вторглись в США с территории Канады. Сломив сопротивление американских добровольцев, британцы захватили Вашингтон, сожгли Белый дом и Конгресс, причем вместе со всеми документами, касающимися провозглашения независимости США. Казалось, что теперь уж с мятежными колониями покончено. Однако русские и на этот раз оказали дипломатическую и моральную поддержку американцам.
Крах заморской военной авантюры вынудил англичан окончательно смириться с потерей североамериканских колоний и сосредоточиться на развитии торговых связей с молодым американским государством. Уже в 1817 году США и Британии удалось договориться о демилитаризации района Великих озер.
После разгрома Наполеона Российская империя стала соперницей Британии и все ее действия, включая поддержку Америки, все больше делали ее недругом Британской империи.
Нет сомнений в том, что потеря бывшей колонии не уменьшила коммерческого интереса к ней британцев: Англия быстро вышла на первое место в товарообороте с Соединенными Штатами Америки. Но росли и торговые связи России с новым государством.
Первые семена сотрудничества были посеяны, однако, не лидерами двух стран, не политиками и не дипломатами, а людьми, которых в наше время именуют исследователями, предпринимателями и неутомимыми путешественниками, открывателями новых земель и искателями новых торговых возможностей. А в XVII и XVIII веках их называли колонистами и купцами, занятыми поиском мест, где можно было что-то выгодно купить или выгодно продать.
Русская Америка
История освоения русскими территорий в Северной Америке началась с рождения так называемой Русской Америки. Считается, что первыми европейцами, увидевшими берега Аляски, были участники экспедиции Семена Дежнева, которые в 1648 году проплыли по Берингову проливу «из Студеного моря в Теплое» (то есть из Северного Ледовитого океана в Берингово море).
21 августа 1732 года в ходе экспедиции А. Ф. Шестакова и Д. И. Павлуцкого 1729–1735 годов на Аляску прибыл российский бот «Св. Гавриил». Несколько лет спустя русские купцы, промышленники и миссионеры начали осваивать Алеутские острова.
В результате экспедиции 1783–1786 годов, которую возглавил русский исследователь, мореплаватель, промышленник и купец Григорий Шелихов, в Северной Америке были основаны первые русские поселения. Именно Шелихов и его зять Николай Резанов основали в 1783 году Северо-Восточную компанию, преобразованную в 1799-м в знаменитую Российско-американскую компанию.
Кстати, Резанов, русский дипломат, путешественник и предприниматель, стал первым послом России в Японии и одним из организаторов первого русского кругосветного плавания (1803–1806) под командованием Ивана Крузенштерна и Юрия Лисянского.
Основу экономики Русской Америки составлял морской пушной промысел – главным образом на калана и сивуча. Мех этих животных обменивали в Китае на чай и шелк, которые затем продавали в Европе.
Первым Главным правителем русских поселений в Северной Америке стал предприниматель Александр Баранов, который в 1799 году с разрешения старейшин индейцев племени тлинкитов основал форт Архангела Михаила. В 1808 году главным городом Русской Америки стал Ново-Архангельск (ныне Ситка).
Одним из районов, в которых успешно развивались частные российские предприятия, была Калифорния, где в 1812 году русские основали поселение Форт-Росс.
Надо отметить и немалый вклад православных миссионеров в освоение Русской Америки. Так, в сентябре 1794 года из Валаамского и Коневского монастырей и Александро-Невской лавры на остров Кадьяк прибыла православная миссия во главе с архимандритом Иоасафом. Через пять лет он стал епископом Кадьякским.
Развитие Русской Америки воспринималось в западных штатах США по-разному. Местные фермеры и торговцы считали, что русские поселения благотворно влияют на индейские племена и испанских поселенцев, создавая атмосферу общей благожелательности и добрососедства. Но в соседних штатах и особенно в кругах местных политиков постоянно росла неприязнь к русским поселенцам и особенно к священнослужителям. Калифорния была благодатным краем, и многие состоятельные американцы подумывали о том, как бы избавиться от предприимчивых русских и забрать поселения себе.
Однако в правящих кругах США политики и экономисты были настроены иначе: они видели немалую выгоду в развитии всесторонних отношений с Россией, огромной, богатой природными ресурсами страной, представляющей в перспективе широкий рынок для экспорта товаров и услуг.
Установление дипломатических отношений
Попытки установления дипломатических и экономических отношений между двумя странами делались еще в конце 1790-х годов. В Лондоне была организована первая официальная встреча русского и американского дипломатов – посланника США в Великобритании Руфуса Кинга и русского посла С. Р. Воронцова, – аккредитованных при Сент-Джеймсском дворце (традиционно все послы вручают здесь свои верительные грамоты и числятся послами именно при этом дворце, построенном королем Генрихом VIII).
На этой встрече шла речь о заключении торгового договора между Россией и США, а также о назначении американского посланника в Санкт-Петербурге. В 1799 году свое мнение на этот счет выразил император Павел I: «Мы тем охотнее поддадимся на установление взаимных миссий, что правительство тамошнее поведением своим в настоящих обстоятельствах приобрело со стороны нашей всякое уважение <…> а потому коль скоро назначен будет министр упомянутыми Штатами, то и мы к тому приступим».
В апреле 1803 года американским консулом в Петербурге был назначен Леветт Гаррис. Обе страны были удовлетворены этим началом консульских связей, но британцы, судя по всему, всячески тормозили развитие дипломатических контактов между Россией и США, которые, как и прежде, осуществлялись через дипломатических представителей двух стран в Лондоне.
Американцев такая ситуация не устраивала, поэтому в июне 1806 года в Вашингтоне был поднят вопрос о назначении посланника в Санкт-Петербург. Министерство иностранных дел России, осознав разумность отказа от любого английского посредничества, согласилось с американским предложением.
В 1807 году были предприняты первые шаги к установлению дипломатических отношений, формально закрепленных два
года спустя, когда произошел обмен послами. Андрей Дашков был назначен первым российским послом в США, а первым послом США в
России стал Джон Куинси Адамс, сын второго президента США Джона Адамса и будущий шестой президент США. Его кандидатура была предложена президентом Джеймсом Мэдисоном и в июле 1809 года получила одобрение сенаторов.
24 октября (5 ноября по новому стилю) 1809 года Адамс прибыл в Кронштадт. В Москву он приехал через десять дней и вручил свои верительные грамоты посла императору Александру I, что ознаменовало официальное установление дипломатических отношений между Российской империей и Соединенными Штатами Америки.
После этой церемонии состоялась продолжительная частная беседа Адамса с императором, во время которой посланник выразил твердое намерение содействовать расширению русско-американской торговли.
Основной целью американской миссии являлось, конечно, всемерное развитие дружественных отношений с Россией для создания наиболее благоприятных условий для торговли между двумя странами. Но американские политики такого калибра, как Адамс, смотрели далеко вперед: они сознавали, что такая держава, как Россия, может со временем оказаться полезной Соединенным Штатам. И они не ошибались в своих предвидениях: Россия поддержала правительство Авраама Линкольна во время Гражданской войны в США и была их союзницей в двух мировых войнах.
У Адамса сложились хорошие личные отношения с императором Александром I. В 1810–1811 годах они довольно часто встречались и подолгу беседовали во время прогулок в дворцовом парке. Важным фактором в их общении, безусловно, было отличное знание императором английского языка (он также владел французским и немецким). Думается, что во время этих прогулок они наверняка обсуждали возможности развития двухсторонних отношений.
13 февраля 1811 года тогдашний госсекретарь США Роберт Смит направил Адамсу инструкцию, содержащую «Основные принципы договора между США и Императором Всероссийским». Первым и главным пунктом договора должно было стать «провозглашение вечного мира, дружбы и доброго взаимопонимания» между США и Россией.
В личных дневниках Адамс оставил подробное описание своей службы в Петербурге, составив полноценную картину жизни светского общества и российской элиты. За четыре с половиной года он стал дружен с Нарышкиными, канцлером Румянцевым, княгиней Анной Белосельской-Белозерской и князем Александром Куракиным, а также министром финансов Дмитрием Гурьевым и другими влиятельными персонами. При этом жалованья американского посла не хватало на поддержание соответствующего уровня жизни, поэтому Адамс не приглашал людей к себе в гости, но на балах и светских раутах бывал часто.
В целом миссия Адамса в России была признана весьма успешной: ему удалось установить тесные контакты между Россией и США. Кроме того, он приобрел в Санкт-Петербурге ряд научных трудов, которые передал в библиотеки США. Он известен также тем, что был одним из тех вдумчивых и широко мыслящих американских дипломатов, которые стремились узнать как можно больше о том, что русские люди думают об Америке и ее развитии, а также о том, что думают о России в Европе. Для этого он использовал как связь с американскими посланниками в европейских столицах, так и общение со своими русскими знакомыми.
Речь шла не только о прямом зондаже американских дипломатов в Европе касательно внешнеполитических устремлений России, но и об осторожном выяснении настроений царедворцев и аристократии как в Москве, так и в Петербурге относительно развития взаимоотношений с Америкой. В обоих городах элита проявляла немалую заинтересованность во всестороннем развитии отношений с США.
Американский журналист Эдвард Миллер, совершивший поездку по Европе до самой Москвы, писал: «Мне кажется, Россия устала от бесконечных войн в Европе, от постоянной лжи, которая звучит из уст европейских политиков, от махинаций европейских финансистов и была бы счастлива дружить с народом, который расположен к открытой, честной договоренности, к прозрачным и недвусмысленным взаимоотношениям».
Этот несколько наивный пассаж был, наверное, в то время искренним выражением чувств многих американцев начала XIX века.
В 1817 году Адамс, по указу президента Джеймса Монро, был назначен государственным секретарем США и занимал этот пост в течение восьми лет.
Доктрина Монро и ее последствия
20-е годы XIX века были важными и для США, и для России. В начале этого периода Джон Куинси Адамс, государственный секретарь в администрации президента Монро, выдвинул идею провозглашения американского континента зоной, закрытой для вмешательства европейских держав. Поводом для этого послужили обсуждавшиеся на Веронском конгрессе в конце 1822 года планы Священного союза восстановить испанское господство над латиноамериканскими колониями, объявившими о своей независимости. Участники конгресса – Россия, Пруссия и Австрия – уполномочили Францию выступить от имени всех трех стран против испанской революции и попытки распространить интервенцию и на бывшие испанские владения.
Англия выступила против. Ее возражения были понятны: некоторые из прежних колоний Испании теперь принадлежали ей или находились под ее контролем, и, кроме того, она опасалась конкуренции со стороны Франции на латиноамериканских рынках. Министр иностранных дел Великобритании Джордж Каннинг тут же обратился к США с предложением о координации совместного противостояния намерениям Священного союза. В свете событий Англо-американской войны 1812–1815 годов Джон Куинси Адамс счел целесообразным сделать заявление от имени США.
2 декабря 1823 года в послании президента США Джеймса Монро к Конгрессу была провозглашена декларация, вошедшая в историю как «Доктрина Монро». В ней был выдвинут принцип разделения мира на европейскую и американскую системы государственного устройства, провозглашена концепция невмешательства США во внутренние дела европейских стран и соответственно невмешательства европейских держав во внутренние дела стран Западного полушария. США также предупредили европейские державы, что любая попытка их вмешательства в дела своих бывших колоний в Америке будет расцениваться как нарушение жизненных интересов Соединенных Штатов Америки.
В администрации Монро не сомневались, что Россия выступит на стороне Америки. В послании президента США Конгрессу говорилось: «По предложению Русского императорского правительства <…> посланнику Соединенных Штатов в Санкт-Петербурге даны все полномочия и инструкции касательно вступления в дружественные переговоры о взаимных правах и интересах двух держав на северо-западном побережье нашего континента.
В ходе переговоров <…> и в договоренностях, которые могут быть достигнуты, было сочтено целесообразным воспользоваться случаем для утверждения в качестве принципа, касающегося прав и интересов Соединенных Штатов, того положения, что американские континенты, добившиеся свободы и независимости и оберегающие их, отныне не должны рассматриваться как объект будущей колонизации со стороны любых европейских держав».
И далее: «Мы не вмешивались и не будем вмешиваться в дела уже существующих колоний или зависимых территорий какой-либо европейской державы. Но что касается правительств стран, провозгласивших и сохраняющих свою независимость, и тех, чью независимость после тщательного изучения и на основе принципов справедливости мы признали, мы не можем рассматривать любое вмешательство европейской державы с целью угнетения этих стран или установления какого-либо контроля над ними иначе, как недружественное явление по отношению к Соединенным Штатам».
В сущности, если говорить о России, то это было не только предупреждение европейским державам, но подтверждение решения, что русские поселения на американской земле существовать больше не будут.
Что же касается невмешательства Америки в дела России, то в 1825 году имело место обратное, пусть и не будучи санкционированным администрацией США.
Происходило это в России в 1820-е годы. С 1820 по 1830 год функции посла США в России исполнял некий Генри Миддлтон. Есть основания полагать, что этот политик и плантатор-рабовладелец, будучи американским дипломатом, действовал в России в интересах не только своего правительства, но и британского политического истеблишмента. Государственный секретарь США ему всецело доверял, и это давало ему полную свободу действий.
Миддлтон провел молодые годы в Англии и в 24 года женился на дочери английского офицера, связанного с британской разведкой. В России американский дипломат уделял особое внимание изучению не только политики России, но и ее армии, финансов и настроений сильных мира сего в российском обществе. Его жена обзавелась важными связями при дворе, стала подругой Елизаветы, дочери известного политика и философа Сперанского, покойная жена которого была англичанкой. Елизавету воспитывала ее английская бабушка, жившая в России. В молодые годы эта женщина служила гувернанткой в дворянских домах, близких к власти, и ее тоже подозревали в том, что увиденное и услышанное в этих домах становилось известным английским агентам.
В свою очередь Сперанский был дружен с графом Нессельроде, российским министром иностранных дел. Получалось, что Миддлтон обладал очень серьезными источниками информации, которые поступали от него и в Англию, и в Америку.
В декабре 1825 года в Санкт-Петербурге произошло восстание с целью государственного переворота. Он, несомненно, был в интересах таких европейских стран, как Австрия, Англия и Франция, так как Россия была бы серьезно ослаблена внутренними распрями.
Более всех была заинтересована в успехе переворота Англия. Установление конституционной власти в России несомненно дало бы ей возможность использовать контакты с ее торгово-финансовым капиталом для экономических связей с Россией, начать широкий экспорт сырья и медленное закабаление страны.
После истечения президентских полномочий Джеймса Монро в марте 1825 года Джон Куинси Адамс был избран Палатой представителей на пост президента Соединенных Штатов. Новый президент продолжил курс на развитие отношений с Россией.
Продажа Аляски
В апреле 1824 года была подписана Русско-американская конвенция о дружественных связях, торговле, мореплавании и рыбной ловле, определившая южную границу владений Российской империи в Аляске. Через год была подписана и Англо-русская конвенция, устанавливающая пограничную черту, отделявшую владения Британии: она проходила в 10 милях от линии океана. До этого неофициальной границей считался хребет Скалистых гор. При этом русская сторона никогда не пыталась перейти за Скалистые горы, хотя на протяжении почти половины столетия земля эта была абсолютно безлюдна. Как видим, русскими была создана основа инфраструктуры в этой части Северной Америки.
Из всего сказанного ясно, что планы Российской империи по приобретению торгово-экономических плацдармов в Северной Америке получали воплощение, да и колонизация ряда районов Аляски развивалась успешно.
Почему же тогда Российская империя приняла решение покинуть эти территории, согласившись на продажу их за весьма скромную сумму в 7,2 млн долларов? Думается, что одной из причин было желание промышленников и арендаторов земельных участков на территориях, прилегающих к землям русских компаний, завладеть этими землями в случае ухода русских.
Второй же причиной было, как полагают историки, предательство и жадность тогдашнего русского посла в США Эдуарда Стекля. Австриец по происхождению, он стал российским представителем в США после смерти посла Александра Бодиско, помощником которого являлся.
Стекль постоянно посылал в Петербург панические сообщения об угрозе войны вокруг русских территорий, о растущем недовольстве американских политиков «присутствием русских на американской земле». Ему верили. Как следствие этого, он благополучно продал территории вблизи Сан-Франциско, а потом и Аляску. Договор о продаже Аляски Стекль подписал в 1867 году, за что получил особую благодарность русского императора, орден Белого орла, единовременное вознаграждение в 25 000 руб. и пожизненную пенсию в 6000 руб. ежегодно.
Заметим также, что отказ Российской империи от Аляски и других земель в Северной Америке был во многом продиктован и обещаниями американских политиков дружить с Россией, торговать с ней широко, поддерживать ее на политической арене и всегда быть на стороне России в военных конфликтах в обмен на уход с американской земли.
Дружественный нейтралитет
Во время Крымской войны 1853–1856 годов США заняли по отношению к России позицию дружественного нейтралитета, что выразилось в поддержке со стороны американской общественности и участии добровольцев на стороне русских войск. Официальные лица США демонстративно игнорировали устроенные англичанами и французами торжества в городах Америки по случаю падения Севастополя. Толпа даже разгромила некоторые банкетные залы. Попытки англичан заниматься вербовкой американцев в свою армию привели к громкому дипломатическому скандалу.
В годы Крымской войны в Россию приехало около полусотни американских врачей для работы в госпиталях осажденного Севастополя.
Все они имели рекомендации авторитетных лиц и были официально приняты на службу российским правительством с жалованьем, в пять раз превышающим обычное жалованье русского врача и в два раза – средний доход врача в Америке. Хотя у них у всех уже был немалый врачебный опыт, в то время считалось, что единственный способ приобрести опыт в хирургии – это заняться полевой хирургией в условиях войны.
В далекое и трудное путешествие отправлялись и энтузиасты, движимые желанием оказать помощь больным и раненым. Врач А. Ф. Молет из Нэшвилла писал, что «отправился на войну, оставив дома жену и двоих детей не из денежных соображений», так как почти десятилетний опыт работы обеспечивал ему хорошую практику дома, а из желания «сослужить полезную службу, поддержать престиж своей профессии и показать, что в Соединенных Штатах есть хорошие хирурги». Большинство американских врачей прибыли в осажденный Севастополь, а также в госпитали Керчи и Симферополя.
Госпиталь в Севастополе был организован в здании Дворянского собрания. Одна из первых сестер милосердия Е. М. Бакунина (внучатая племянница генерал-фельдмаршала Михаила Кутузова) так описывала в своих воспоминаниях госпиталь, в котором работали американские хирурги: «Прекрасное здание, где прежде веселились, открыло свои богатые, красного дерева с бронзою двери для внесения в них окровавленных носилок. Большая зала из белого мрамора, с пилястрами из розового мрамора через два этажа, а окна только вверху. Паркетные полы. А теперь в этой танцевальной зале стоит до ста кроватей с серыми одеялами и зеленые столики. Все чисто и опрятно. <…> В одну сторону – большая комната, это операционная, прежде бывшая биллиардной, за ней еще две комнаты <…> на полу в несколько рядов лежат тюфяки уже без кроватей, несколько столиков с бумагой, а на одном примочки и груды корпии, бинты, компрессы, нарезанные стеариновые свечи. В одном углу большой самовар, который кипит и должен кипеть всю ночь».
Хирург из Пенсильвании Л. У. Рид гордился тем, что заслужил своей работой одобрение «чудо-доктора» Николая Пирогова, основоположника российской школы военно-полевой хирургии. Другой американский доктор Чарльз Парк, комментируя слухи об отъезде американского посла из Лондона, а английского из Вашингтона, записал в дневнике в конце 1855 года: «Америка и Россия могут высечь мир. Если этому суждено случиться, скажем “Прощай!” английскому правлению и английской монархии, ее дни сочтены».
После окончания Крымской войны американские врачи-добровольцы возвратились в США. В России оценили их подвиг: всех наградили серебряными медалями «За защиту Севастополя» и бронзовыми «В память Крымской войны 1853–1856 гг.». Некоторые получили и русские ордена. Доктора П. Харриса наградили орденом Святого Станислава. Этой же награды удостоились Дж. Холт, И. А. Лис, У. Р. Трол, а хирург Ч. Генри получил орден Св. Анны III степени. Врач Уайтхед, удостоенный за свой подвиг русских наград, подчеркнул в одном из писем, что они будут служить гордым напоминанием о том, что ему «выпала честь оказать помощь офицерам и солдатам, которые покрыли славой русское оружие и завоевали Севастополю бессмертие».
Русские врачи также отметили самоотверженный труд своих коллег, заказав памятную серебряную медаль. На лицевой стороне этой медали выгравирован равноконечный крест, медицинский знак и слова «Севастополь. Сделано все, что можно». На обороте надпись: «Американским коллегам от благодарных русских врачей в память о совместных трудах и лишениях». Медали вручал лично Пирогов.
Гражданская война в США
В апреле 1861 года, спустя всего пять лет после окончания Крымской войны, в Соединенных Штатах Америки началась Гражданская война, которая продолжалась четыре года.
После провозглашения независимости в США до поры до времени рабовладельческая система и капиталистическое производство существовали рядом, но наступил момент неизбежного столкновения двух общественных систем.
В 1860 году Соединенные Штаты раскололись: противоборствующими сторонами в начавшейся Гражданской войне были федеральное правительство США, которое поддержали 24 штата Севера (20 нерабовладельческих и четыре рабовладельческих), и Конфедерация из 11 рабовладельческих штатов Юга.
Соотношение сил между Севером и Югом было явно не в пользу последнего. На Севере было 24 штата с населением 22 млн человек. Юг имел 11 штатов с населением 9 млн. Юг собирался воевать за сохранение рабства – между тем в числе этих 9 млн было около 4 млн рабов. Но главное – Север имел развитую промышленность и более разветвленную сеть железных дорог и судоходных каналов. В случае длительной войны у Юга не было никаких шансов на победу.
Но южане, начиная войну, все же надеялись победить. При этом весь их расчет был построен не на возможности победы своими силами, а на неизбежности интервенции англичан и французов.
31 октября 1861 года Англия подписала соглашение с Францией и Испанией об интервенции в Мексике. В декабре испанские войска высадились в Вера-Круз. В январе 1862 года к ним присоединились войска Англии и Франции.
Вскоре после начала интервенции трех держав в Мексике, предпринятой по инициативе премьер-министра Великобритании Генри Пальмерстона, над северянами, терпевшими тяжкие поражения на фронте, нависла угроза английской интервенции. Объявленная северянами блокада Конфедерации, практически исключившая возможность вывоза американского хлопка, вызвала сильнейшее раздражение в Европе.
26 марта 1861 года лорд Лайонс на встрече с государственным секретарем США Уильямом Сьюардом заявил: «Если Соединенные Штаты решаются приостановить силой столь важную для Великобритании торговлю с производящими хлопок штатами, я не отвечаю за то, что может произойти».
Английские власти, раздувая антиамериканскую кампанию в прессе, призывали свою страну к войне с бывшей колонией; на верфях Англии ускоренными темпами строились новые военные корабли и совершенствовались старые.
Однако со временем стало ясно, что расчет южан на интервенцию и на магический эффект запрещения вывоза хлопка, оказался ошибочным. Преимущество северян в Гражданской войне хоть и медленно, но неуклонно росло. Желая спасти ситуацию, Пальмерстон призвал министра иностранных дел Уильяма Рассела признать Конфедерацию. Заседание кабинета для рассмотрения этого вопроса было назначено на конец сентября 1862 года, но англичане опоздали со своим решением: в Соединенных Штатах была издана предварительная прокламация об освобождении рабов. В результате вопрос о признании Конфедерации был снят с повестки заседания английского кабинета.
К этому времени между Россией и США сложились весьма благоприятные отношения. Нейтрально-благожелательная позиция, занятая Вашингтоном в ходе Крымской войны, была высоко оценена в Петербурге. Министр иностранных дел, а позже канцлер Российской империи князь Александр Горчаков по этому поводу писал: «Симпатии американской нации к нам не ослабевали в продолжение всей войны, и Америка оказала нам прямо или косвенно больше услуг, чем можно было ожидать от державы, придерживающейся строгого нейтралитета».
В то время как Британия и Франция пытались использовать Гражданскую войну в США в своих интересах, позиция Российской империи оставалась принципиальной и неизменной. Князь Горчаков выразил ее так: «Политика России в отношении Соединенных Штатов определена и не изменится в зависимости от курса любого другого государства. Превыше всего мы желаем сохранения Американского Союза как неразделенной нации <…> России делались предложения по присоединению к планам вмешательства. Россия отклонит любые предложения такого рода».
Дабы поддержать правительство президента Линкольна и не допустить британского и французского военного вмешательства в американскую Гражданскую войну, Россия направила 25 июня 1863 года к берегам США две эскадры своего военно-морского флота. В составе первой эскадры под флагом контр-адмирала Степана Лесовского имелось шесть кораблей с численностью экипажей в 3000 человек. Вторая эскадра под командованием контр-адмирала Андрея Попова насчитывала шесть кораблей и 1200 офицеров и матросов.
Появление русского флота у берегов Северной Америки вызвало эйфорию у северян и интерпретировалось как символ российско-американской дружбы.
Российская военно-морская миссия находилась в США целых девять месяцев. На протяжении всего этого времени эскадры не принимали участия в боевых действиях, но само их присутствие у западного и восточного побережья США предотвратило интервенцию Англии и Франции.
В конце июля 1864 года, когда в Петербурге сочли задачи миссии выполненными, командующие обеих эскадр получили приказ покинуть американские воды и возвратиться домой.
Политические итоги миссии были высоко оценены в обеих столицах.
Кстати, единственной европейской страной, которая наряду с Россией поддержала северян, была Швейцария.
Гражданская война в США окончилась капитуляцией конфедератов 9 апреля 1865 года. Через пять дней, 14 апреля 1865 года, Авраам Линкольн был смертельно ранен в Вашингтоне во время спектакля в театре Форда.
После гибели президента к власти пришли так называемые «примиренцы» – политики, которые стремились к компромиссу с южными штатами по всем вопросам. В результате политической элите перестали казаться важными добрые отношения с Россией. Недруги Линкольна убеждали американцев, что все, что он делал, было нагромождением ошибок, в том числе и дружба с Россией…
Известный американский дипломат Джеймс Китс писал в 1868 году следующее: «Русские умны, трудолюбивы и предприимчивы. Было бы неразумно дать им возможность иметь на нашей земле колонии или даже концессии, так как они смогут тогда усилить не только свое присутствие на американской земле, но со временем также получат рычаги влияния на наших политиков. От их присутствия в Америке надо избавиться как можно скорее. С ними можно, конечно, дружить на словах, но на деле политика наша в отношении России, ее императора и ее политиков должна основываться на практической выгоде, а не на истинно дружеских отношениях, полных доверительности или совместных интересов» (курсив мой – В. К.).
Эта концепция постепенно становилась основой политики США в отношении России. Американские политики и дипломаты продолжали уверять русских послов в своей преданности Российской империи, но внутри американской элиты царили уже другие настроения.
И все же в своем большинстве американцы высоко ценили дружескую помощь России в тяжелые времена Гражданской войны в США.
Две мировые войны ХХ века
ХХ век был тем долгим периодом, когда характер взаимоотношений между российским государством и США менялся особенно часто. Это происходило не по прихоти их лидеров, а главным образом потому, что серьезные события, связанные с международной политикой и войнами, оказывали огромное влияние на Россию и другие страны Европы. Верно, войны происходили на мировой арене часто и раньше, но в ХХ веке человечество потрясли две мировые войны. И Россия, и США были участниками этих войн, да и многих региональных конфликтов. В ходе этих событий менялись их приоритеты, интересы и соответственно их положение в мировом географическом и политическом пространстве.
Россия была одной из тех стран, положение которых менялось в зависимости от собственных революционных преобразований и от судеб остального мира.
В первые десятилетия ХХ века радикализация значительной части населения в России дала понять политикам многих стран Европы, что она, по сути, только стала на путь серьезных общественно-политических преобразований и, следовательно, европейские страны могут, воспользовавшись этим процессом, приобрести немалую материальную выгоду. За многими событиями общественно-политического характера в России начала века стояли западный капитал, международные промышленно-финансовые круги Германии, Австрии, Англии и США.
Россия, оказавшись в путах торгово-ростовщического капитала, какое-то время послушно следовала по тому пути, который ей избрали элиты других стран, но конечным результатом этого процесса стало не подчинение им, а прямо противоположное: революция 1917 года. То, что она происходила во время Первой мировой войны, усугубило ситуацию.
К тому моменту, когда в России была установлена власть большевиков, доля американского капитала в экономике страны была невелика: инвестиции США составляли примерно 5% всех иностранных инвестиций. Большинство видных деятелей социал-демократии, и в первую очередь большевистских, считало, что вслед за российской пролетарской революцией начнется целая серия таких же революций в Европе. Между тем Первая мировая война была только новой стадией передела мира, и противниками России в этой войне были такие империалистические хищники, как Германия и Австро-Венгрия.
Согласившись на позорный Брестский мир, большевистское правительство рассчитывало исключительно на передышку в войне, которая даст возможность укрепить свою власть.
Поначалу советское правительство полагало, что с помощью связей, которые имелись у ряда большевистских деятелей в США, и с использованием огромных ресурсов собственной страны, им удастся привлечь американский капитал в Советскую Россию. Более того, звучали голоса, что спустя очень недолгое время будет налажено широкое сотрудничество между двумя странами.
В 1918 году через представителя американского Красного креста большевистские лидеры передали деловым кругам США предложение о сотрудничестве, предполагающее предоставление американским бизнесменам ряда концессий на территории Советской России. На эти предложения в США никто внимания не обратил; вместо этого американцы приняли масштабное участие в интервенции, которую развернули на территории России войска Антанты.
Тогда советское правительство, используя деловые и родственные связи, создало в Нью-Йорке советское представительство, которое занималось рекрутированием американских предпринимателей для открытия компаний в России. Возглавил его Людвиг Мартенс, сын крупного немецкого промышленника, знакомый Ленина по марксистскому кружку.
Единственным достижением этого представительства, на содержание которого за два года были израсходованы огромные суммы денег, стало то, что в Советскую Россию отправилось работать несколько тысяч рабочих-социалистов. Мартенс и некоторые его коллеги вскоре были высланы из США, поскольку пытались проводить массовые мероприятия, на которых звучали призывы к признанию Советской России.
Стремясь приостановить участие США в интервенции, нарком иностранных дел Г. Чичерин обратился к президенту США В. Вильсону с посланием, в котором он призывал «перестать требовать крови русского народа и жизней русских граждан» в обмен на предоставление широких деловых возможностей и разного рода концессий американскому бизнесу и деловым кругам Англии и Франции. На этот призыв откликнулись не сразу. Только после того как стало очевидно, что большевики удержали свою власть, страны Западной Европы, а затем и США одна за другой начали признавать советское правительство.
Заметим, что в США те предприниматели или фирмы, которые уже имели коммерческие связи с Россией, требовали восстановить с ней нормальные дипломатические и торговые отношения. Вопрос признания Советского Союза постоянно поднимали американские рабочие, и он все оживленнее обсуждался в американской прессе.
В июле 1920 года американские власти сняли эмбарго на торговлю с Россией. Вскоре промышленники США начали получать концессии в Советской России. Первым из них стал Арманд Хаммер, который в ноябре 1921 года получил асбестовые месторождения в районе Алапаевска.
Братья Хаммеры, хорошо осведомленные об огромных художественных ценностях в России, выступили также посредниками между советским правительством и американскими арт-дилерами и коллекционерами при распродаже музейных ценностей СССР. Покинув в начале 1930-х годов Советский Союз, они продавали сокровища династии Романовых, шедевры Эрмитажа, ювелирные изделия фирмы Карла Фаберже. По распоряжению Ленина, Хаммеру были переданы для продажи в США десятки картин из Эрмитажа, и в том числе уникальное полотно Рафаэля «Святой Георгий и дракон».
В 1960-е годы Хаммер считался «большим другом Советского Союза» и личным другом генерального секретаря ЦК КПСС Л. И. Брежнева. Американские историки утверждали, что Хаммер был связующим звеном между советскими лидерами и семью президентами США.
Хаммер вложил большую сумму в строительство Центра международной торговли в Москве, и именно там автору этой статьи удалось в 1987 году взять у Арманда Хаммера короткое интервью. На вопрос, нравится ли ему построенный центр, который чаще называли «хаммеровским», он с улыбкой ответил: «Все, что я делаю, всегда получается прекрасно!»
Хаммер построил в России комплекс по производству аммиака «Тольяттиазот» и аммиакопровод Тольятти – Одесса. Он также финансировал строительство Одесского и Вентспилсского припортовых заводов по производству жидких аммиачных удобрений.
С 1919 года с Советской Россией широко сотрудничали заводы Г. Форда: они поставляли автомобили и тракторы. Только в 1923–1924 годах «Форд моторс» поставил в СССР 91 легковой автомобиль, 346 грузовиков и 3510 тракторов. В начале 1920-х годов СССР был рынком сбыта американских товаров, что видно из следующих цифр: в1924 году экспорт из СССР в США составил лишь 797 тыс. руб., тогда как американские поставки в Советский Союз – 18,7 млн руб.
Немалое значение для роста американского импорта в Советскую Россию имело то, что, посетив ее в 1923 году, группа членов Конгресса США пришла к выводу, что положение советского правительства довольно прочное, а СССР – «страна колоссальных возможностей и огромнейший рынок». И если Америка сейчас не договорится с советским правительством, ее место займут другие.
Дипломатические отношения Советского Союза и США были установлены в 1933 году, в первый год президентства Франклина Рузвельта. В известной степени это была вынужденная мера: то был период Великой депрессии – крупнейшего экономического кризиса. Отношения двух стран быстро развивались.
В конце июля 1937 года впервые за всю историю советско-американских отношений состоялся дружественный визит отряда кораблей Военно-морских сил США во Владивосток: крейсер «Аугуста» и четыре эсминца стояли в порту Владивостока несколько дней. Символическое значение этого визита трудно переоценить.
Но к концу 1930-х годов отношение США к советскому государству стало меняться – в частности, из-за Советско-финской войны 1939–1940 годов. В США заморозили советские активы и наложили «моральное эмбарго» на поставки в СССР топлива.
Только после активных военных приготовлений Германии против СССР и нападения Японии на Перл-Харбор западные союзники начали осознавать истинную картину агрессивных действий нацистской Германии и милитаристской Японии. Дальнейшие события – окончание Советско-финской войны, оккупация Франции, бомбардировка немецкой авиацией Великобритании – убедили США изменить свою позицию и как можно скорее установить союзнические отношения с Советским Союзом.
Первым иностранным дипломатом, который сообщил в наркомат иностранных дел СССР о готовящейся и неминуемой агрессии Германии против СССР, был посол США в СССР Лоуренс Штейнгардт. Это произошло 15 апреля 1941 года. Он же, разговаривая в мае с первым заместителем наркома иностранных дел Андреем Вышинским, поднял вопрос о необходимости союза США и СССР против экспансионистской политики нацистов. «Было бы очень хорошо, если бы против Германии стояли с одной стороны – США, с другой – СССР», – сказал он в беседе с Вышинским.
Но «моментом истины» в отношениях между СССР и США стало начало Великой Отечественной войны. Согласно опросам Института Гэллапа, проводившимся с 26 июня по 1 июля 1941 года, 72% американцев выступили в поддержку советского народа.
26 июня заместитель госсекретаря Уоллес выразил официальное отношение США ко вторжению Германии в СССР: «Американское правительство считает СССР жертвой неспровоцированной, ничем не оправданной агрессии. Американское правительство также считает, что отпор этой агрессии, который дается сейчас народом и армией СССР, не только продиктован, выражаясь словами г-на Молотова, борьбой за честь и свободу СССР, но и соответствует историческим интересам Соединенных Штатов Америки».
Ленд-лиз
Слова «ленд» и «лиз» в переводе с английского означают давать взаймы и сдавать в аренду. То была крупнейшая в истории ХХ века программа США по оказанию помощи союзникам в годы Второй мировой войны. Она осуществлялась на основании Государственного акта США, который стал законом после того, как был подписан президентом Соединенных Штатов Америки Франклином Делано Рузвельтом.
27 июля 1941 года президент Рузвельт поручил своему личному помощнику Гарри Гопкинсу встретиться с представителями Советского правительства. 28 июля Гопкинс отправился в Москву через Архангельск. 30 июля состоялась встреча помощника президента с Иосифом Сталиным.
Гопкинс был уполномочен президентом обсуждать и решать все вопросы, связанные с получением Советским Союзом американских займов на закупку или аренду вооружений. Гопкинс получил от советского руководства и передал в США как срочные, так и долгосрочные запросы СССР. Рассматривая первую категорию, глава Советского Союза запросил 20 тысяч зенитных орудий, крупнокалиберные пулеметы и более миллиона винтовок.
Что же касается второй категории, то Сталин запросил высокооктановый авиационный бензин и алюминий для производства самолетов. Он сообщил, что в СССР уже доставлено 200 истребителей P-40 (140 из Англии и 60 из США), и это было серьезным подспорьем для Военно-воздушных сил СССР в первые месяцы войны.
Гопкинс, со своей стороны, выразил Сталину признательность народа Соединенных Штатов за стойкое и мужественное сопротивление агрессии, которое оказывает врагу Красная армия, и подчеркнул, что американский президент полон решимости сделать все, чтобы помочь Советскому Союзу в его доблестной борьбе против немецких захватчиков.
1 августа 1941 года Гарри Гопкинс передал американскому президенту через посла Лоуренса Штейнгардта свою оценку положения на советско-германском фронте. По его мнению, фронт был надежен, моральный дух русских воинов высок, армия воюет отважно и верит в победу. Это послание было крайне важным, так как союзники, и особенно Великобритания, сомневались в твердости советского фронта и, соответственно, в целесообразности массированных поставок вооружений и иных грузов в СССР. Теперь же происходило как раз обратное: 2 августа советскому послу в США объявили о выдаче СССР самых различных лицензий. В документе, представленном ему, говорилось: «В целях содействия расширению экономической помощи Советскому Союзу Государственный департамент выдает также неограниченные лицензии, разрешающие экспорт в Советский Союз самых разнообразных изделий и материалов, необходимых для укрепления обороны этой страны, в соответствии с принципами, применимыми к поставке таких предметов и материалов, которые необходимы для той же цели другим странам, сопротивляющимся агрессии».
Далеко не все чиновники в США были согласны с этим документом. Имелись факты, свидетельствующие о том, что некоторые сотрудники военного министерства в США искусственно затягивали поставки, но Рузвельт довольно быстро исправил такое положение: он потребовал ежедневно докладывать ему об исполнении советских заявок. По сути, то было исполнение воли американского народа: 27 октября в Нью-Йорке состоялся митинг в поддержку Красной армии и советского народа, на который собралось 25 тысяч американских граждан. На митинге выступал бывший американский посол в СССР Джозеф Эдвард Дэвис. В начале ноября на волне поддержки Советского Союза был одобрен беспроцентный американский заем на 1 млрд долларов (с началом платежей через пять лет после окончания войны, с выплатой в течение 10 лет).
В соответствии с международными соглашениями, США в 1941–1945 годах поставляли по ленд-лизу своим союзникам по борьбе со странами оси вооружение, боевую технику, боеприпасы, взрывчатые вещества, медицинское оборудование, различные виды сырья (в том числе нефтепродукты), промышленное оборудование, продовольствие и запчасти для поставляемой бронетанковой и автомобильной техники. Все это передавалось союзникам бесплатно до завершения боевых действий.
Помощь союзникам Соединенные Штаты начали оказывать уже с сентября 1940 года, хотя сами вступили в войну только в декабре 1941 года.
Первоначально основная часть поставок вооружения и других грузов военного назначения отправлялась в основном в страны Британского содружества, которые уже находились в состоянии войны с Германией и Японией. Но после вторжения немецких агрессоров на территорию СССР, США, сознавая важность советско-германского фронта, объявили, что будут поставлять оружие и другие важные грузы также и для Красной армии.
Президент Рузвельт понимал, что в случае победы фашистской Германии над СССР, союзники, скорее всего, проиграют войну. Поэтому помощь Советскому Союзу была признана приоритетной.
7 ноября 1941 года программа ленд-лиза была официально распространена на Советский Союз.
Андрей Громыко назвал исторически важным документом и новой вехой советско-американских отношений опубликованное Белым домом письмо Рузвельта своему помощнику, государственному секретарю США Эдварду Стеттиниусу, в котором СССР обозначался «жизненно важной страной для обороны США».
Конец 1941 года стал значимым в советско-американских отношениях. Стойкость советского народа вызвала симпатию в американском обществе. Оборона под Москвой была названа в США беспримерной и героической.
Военно-воздушные силы СССР получили по ленд-лизу 18 200 самолетов, что составляло примерно треть от общего числа истребителей и бомбардировщиков, выпущенных на советских заводах за весь период войны.
Красная армия получила семь тысяч американских и шесть тысяч британских танков. Это составляло всего 8% от общего числа танков, выпущенных на советских заводах. Надо отметить, что советские танки в целом превосходили американские и британские модели по своим тактико-техническим данным, однако в условиях, когда Советский Союз воевал с сильным и хорошо вооруженным противником, любое количество боевых машин, поставленных союзниками, имело большое значение.
За пять лет войны объемы грузов, поставляемых в СССР по ленд-лизу, выросли до астрономических величин. Общий их тоннаж составил 17,5 миллиона тонн. Действие закона о ленд-лизе неоднократно продлевалось и распространялось не только на период войны, но и на первые послевоенные годы.
Итого с 1 октября 1941 года по 31 мая 1945 года США поставили Советскому Союзу 427 284 грузовых автомобиля, 13 303 боевые машины, 35 170 мотоциклов, 2328 транспортных средств для перевозки боеприпасов, 1911 паровозов, 66 тепловозов, 1000 думпкаров, 120 цистерн, 35 вагонов тяжелой техники, 2 670 371 тонну нефтепродуктов (бензина и масла), или 57,8% авиационного топлива, включая почти 90% высокооктанового топлива, а также 4 478 116 тонн продуктов питания (мясных консервов, сахара, муки, соли и т.д.). В 1947 году общая денежная стоимость поставок и услуг по ленд-лизу составила около 11,3 миллиарда долларов.
Грузы для Советского Союза доставлялись тремя маршрутами – Арктическими конвоями, по Персидскому коридору и Тихоокеанским маршрутом. Арктические конвои шли по самому короткому, но и самому опасному маршруту, так как он проходил мимо оккупированных немцами Дании и Норвегии: конвои подвергались нападению немецких подводных лодок и самолетов люфтваффе. За время использования Арктических конвоев было потоплено 104 торговых судна союзников и 18 боевых кораблей. Около трех тысяч моряков героически погибли, защищая конвои от фашистов.
Более безопасным, но и более долгим был Тихоокеанский маршрут, обеспечивший около половины поставок по ленд-лизу.
Первые поставки в СССР по Персидскому коридору начались в ноябре 1941 года, однако и он занимал слишком много времени: только морская часть пути от США до берегов Ирана занимала около 75 дней.
В ответ на предоставленную помощь союзники получили от Советского Союза 300 тыс. тонн хромовой руды, 32 тыс. тонн марганцевой руды, большое количество золота, платины, леса и т. д. В 2006 году Российская Федерация, взяв на себя ответственность по всем долгам СССР, полностью рассчиталась с США за помощь, предоставленную по ленд-лизу в ходе Второй мировой войны.
Поставки по ленд-лизу были важной и эффективной помощью Советскому Союзу в годы Великой Отечественной войны. Они позволили советской экономике справиться с огромными нагрузками военного времени. Однако общеизвестно, что судьба Второй мировой войны главным образом решалась на советско-германском фронте, где благодаря героическим усилиям Красной армии было разгромлено более 600 дивизий Третьего рейха.
Встреча на Эльбе советских и американских воинов в апреле 1945 года стала символом боевого братства союзных войск антигитлеровской коалиции, объединенных общей целью победы над фашизмом и вообще над силами зла.
В мае 2025 года Россия отметила важный юбилей – 80-летие Победы в Великой Отечественной войне. Окидывая взглядом десятилетия, прошедшие после Второй мировой войны, трудно не задаться таким вопросом: сознаем ли мы и сознают ли граждане США, как много наши два народа могли бы сделать за 80 лет друг для друга, если бы не было холодной войны и конфронтации, а было бы 80 лет сотрудничества на благо развития двух великих держав?
