Граф Петр Львович Бобринский

0
VN:F [1.9.16_1159]
Rating: 0 (from 0 votes)

Беседу вела Неонилла Пасичник

Катастрофы, которые мы наблюдаем, – это результат потери взаимоотношений человека и Бога

Петр Львович Бобринский, парижанин по рождению, более восьми лет проживал в Киеве, городе, где в XIX веке благодарными киевлянами был сооружен памятник его прапрадедушке – графу Алексею Бобринскому.

– Каково ваше отношение к замыслу воссоздания общественностью исторической памяти о блистательном предпринимателе и благотворителе прошлого?

– Киев занимает значительное место в моей жизни. Когда-то давным-давно здесь был памятник моему прапрадеду, предпринимателю-меценату графу Алексею Алексеевичу Бобринскому, создателю свеклосахарной промышленности в местечке Смела на Черкасщине в 1838 году. Граф Бобринский также известен как инициатор создания в России железнодорожного транспорта и устроитель начального училища с трехлетним курсом и программой обучения, равноценной программе церковно-приходской школы. Подобное ремесленное учебное заведение сейчас учреждено в Киеве, в Голосеевской обители (Малой Лавре) стараниями наместника архимандрита Исаакия (Андроника). Граф Бобринский был также одним из создателей Политехнического института в Киеве. В память о его заслугах благодарные киевляне установили памятник на Бибиковском бульваре (ныне – бульвар Тараса Шевченко). Это был первый памятник, поставленный не государю или военному, а промышленнику.

Киев – это город моих предков и по отцу, и по материнской линии: премьер-министр Российской империи Петр Аркадьевич Столыпин, погибший от рук террориста в Киеве, приходится мне прадедушкой. Его дочь Елена Петровна была супругой князя Владимира Щербатова, чье имение находилось в Немирове. В 2006 году вместе с родителями (папа был еще жив) мы посетили Немиров, разыскали могилу малолетних сестер моей бабушки княжны Марии Щербатовой, расстрелянных в 1920 году по приказу Троцкого… Отслужили панихиду. Также и на могиле Петра Аркадьевича Столыпина, в честь кого я и наречен.

Люди из эмиграции находятся в странном положении. Они являются хранителями истории, так как имеют место, где они жили, и место, откуда они уехали, т.е. сильные корни, способные дать новые ростки. Но психологически это трудно. Мой отец Лев Алексеевич родился в 1918 году в Кисловодске и прожил вынужденным эмигрантом 25 лет без паспорта, с документом, в котором значилась унизительная надпись «apatrid» («без гражданства»). Несмотря на это, папа хлопотал о том, чтобы служить во французской армии, но не успел, так как началась Вторая мировая война. И только после войны отец получил паспорт с французским гражданством. Он находился как бы между первым и вторым поколениями эмиграции. Объединить два мира – Россию «старую» и «новую» – возможно лишь через Православную Церковь.

У меня хранится интересный документ 1918 года за подписью гетмана Скоропадского. Мой дедушка граф Алексей Алексеевич Бобринский и его супруга графиня Наталья Ферзен обращались к гетману с просьбой об украинском гражданстве, поскольку с 1918 года киевские земли стали именовать Украиной… Но мои предки всегда ощущали себя русскими. У детей эмигрантов особая идентичность. Если это будет учтено на родине наших русских предков, мы с радостью будем трудиться здесь.

– Вы – племянник протопресвитера Бориса Бобринского. Ваша семья традиционно хранит Православие?

– Моему дядюшке протопресвитеру Борису Бобринскому 93 года, и батюшка уже не служит, как раньше, в соборе Александра Невского в Париже, на рю Дарю, а переехал в деревню Бюсси, в девичий монастырь, где и живет вместе со своей матушкой Еленой. Между собой супруги разговаривают исключительно на русском, поэтому у батюшки такой хороший старый русский язык, не то что у меня!.. Монашество пока они оба не приняли, но все еще впереди. В воскресные и праздничные дни отец Борис принимает исповеди во время Литургии, но, конечно, уже не служит… Отец Борис бывал в Киеве несколько раз, в связи с киевским изданием на русском языке своей книги «Сострадание Отчее». Я знаю этот труд на французском языке.

Возрождение Православной Церкви может стать объединяющим началом для всех славянских и православных народов, противостоящих отрицательным явлениям, которые мы наблюдаем в Западной Европе. Многие европейские державы теряют связь с христианской традицией, чего нет, к счастью, в постсоветских странах. А в Киеве я наблюдаю такое общество, в котором религиозная христианская традиция является неотъемлемой частью жизни людей. Происходит возрождение духовной жизни в России и на Украине. Обе страны могут стать примером для таких государств, как Германия и Франция, теряющих связь с христианством. Но после ужасающего военного конфликта на исторических землях Новороссии, развязанного деструктивными культами, жизнь стала труднее в экономическом плане, как это уже давно происходит в Европе.

Мировой экономический кризис, переживаемый нами сейчас, произошел потому, что люди потеряли связь с христианскими ценностями. Они думают, что деньги – это самая важная ценность в мире. Когда ценности измеряются тем, сколько имеет человек в кошельке, это отвратительно. У греков существовало понятие «хубрис» – страшный грех, когда человек не боится Бога и думает, что будет жить вечно, и он – сам себе судья и господин. Катастрофы, которые мы наблюдаем, – это результат потери взаимоотношений человека и Бога. Уверен, что киевляне потому установили памятник промышленнику графу Алексею Бобринскому, что он не терял этой связи и сумел стабилизировать экономическую ситуацию не только в Киеве, но и в глубинке.

– Личность Екатерины II – одна из самых противоречивых. Графы Бобринские ведут свой род от русской императрицы?

– Я специально не занимался изучением жизни моего предка графа Алексея Григорьевича Бобринского, сына Екатерины Великой от графа Орлова. Но ведь и сама императрица, как вы верно заметили, на самом деле по происхождению – русская. Ее отцом был Иван Иванович Бецкой, внебрачный сын князя Трубецкого.

Если принять версию о русском отце Екатерины, то вполне объяснима и секуляризация царицей церковного имущества, что вменяется в вину императрице. Ведь Бецкой, не получивший традиционного русского воспитания, сам не только не был церковным человеком, но и плохо знал православную традицию. Европейские ценности были для него приоритетными. Бецкой не понимал значения существования монастырей в России, имея негативное о них представление в Европе. Этим он, безусловно, вызвал недовольство консервативной части русского общества – в частности, известного историографа князя Михаила Михайловича Щербатова, моего предка по бабушке. Князь Щербатов, занимавшийся, кроме написания своей «Истории Российской от древнейших времен» и статистическими исследованиями, создал критические заметки «О повреждении нравов в России». Труд этот был издан через полвека после кончины автора, за пределами России – в Лондоне. Екатерина выкупила уникальный исторический архив князя Щербатова, где хранились рукописи из библиотеки Киево-Печерской Лавры, поскольку князь-историограф был потомком святого князя Михаила Черниговского – и рукописи достались ему в наследство. Мудрая императрица Екатерина, желая удерживать возле себя несогласных с ее политикой современников, на десять лет определила князя Щербатова на должность президента камер-коллегии, что соответствует будущей позиции министра финансов. Кстати, где сейчас находится архив князя Щербатова, приобретенный Екатериной, неизвестно…

С воцарением Екатерины в Россию приходит представление о браке, не связанное со Св. Писанием. Фундаментом семейной жизни на Руси всегда считались четыре определяющих принципа: отделение от родителей; постоянство – прочность, жизнь бок о бок без условий и ограничений; единство жизни – это способность слушать и прощать; физическая близость, приносящая радость при наличии трех предыдущих составляющих. Апостол Павел дает образец устройства брака: «Жены, повинуйтесь своим мужьям, как Господу». Значит, основная задача жены – повиновение. Чего не скажешь о Екатерине, коей должно было повелевать.

В Европе узаконены однополые «браки», что с точки зрения Св. Писания является грехом. Но русские семьи в Европе хранят, безусловно, православные браки.

– Петр Львович, ваш дедушка обращался с прошением об украинском гражданстве к гетману Павлу Скоропадскому – главе православной Державы. Но вы предпочли воинскому мундиру «вышиванку»! Свидетельствует ли этот факт в пользу ваших симпатий по отношению к Василию Вышиваному из династии Габсбургов?

– Я ношу украинскую сорочку в неофициальной обстановке потому, что это сделано вручную! Но, увы, выучить украинский язык наряду с пятью европейскими языками для меня просто нереально. Я, видимо, не такой хороший парень, как Василь Габсбург… Скорее, меня можно отнести к тем, о ком гетман Скоропадский сказал, что они поддерживают украинскую культуру, но от своей культуры не откажутся ни при каких обстоятельствах. Для меня – это русская культура прежде всего, а также культуры моих бабушек – итальянская, поскольку корни моей мамы восходят к Данте Алигьери, французская, немецкая – это частично культура, на которой воспитана моя супруга. Но наши дети учатся в украинской школе в Киеве.

Безусловно, личность гетмана Павла Скоропадского в истории Украины видится как самая прогрессивная. Генерал Скоропадский осуществил антинемецкий переворот, аналогичный тому, что пытался реализовать генерал Лавр Георгиевич Корнилов, учитывая уроки и делая выводы из неудач Корнилова. Гетман считал, как и позднее во Франции генерал де Голль, что для «спокойствия страны» необходима военно-бюрократическая диктатура и восстановление частной собственности.

Павел Петрович обратился к избравшему его гетманом всея Украины конгрессу: «Не для собственной выгоды я возлагаю на себя бремя временной власти. Вы сами знаете, что повсеместно распространяется анархия и что только твердая власть способна навести порядок. На вас, землевладельцы, я буду опираться и молю Бога, чтобы Он дал нам силы и упорство для спасения Украины». После состоялся молебен на Софийской площади, где была освящена власть гетмана. Православное духовенство во главе с архиепископом Никодимом, благословив гетмана, совершили крестный ход и молебен о «даровании власти над Украиной гетману Скоропадскому».

За время правления гетмана ни один солдат не был отправлен в помощь немецкой и австро-венгерской армиям. Интересно, что сам Скоропадский провозглашал в своих политических декларациях, что не является монархом, как это пытались позднее трактовать советские историки, и не стремится к установлению нового правящего рода Скоропадских. Можно сказать, что украинская гетманская модель правления пыталась утвердиться с помощью возвращения утраченной власти старинным правящим родам – потомкам Рюрика или Гедимина – князьям Волконским, Долгоруким, Щербатовым, Барятинским, Лобановым-Ростовским, Трубецким. Этот аристократический ренессанс явился ответом на интернациональную модернизацию большевиков. Чиновники гетманата были люди русской культуры, создававшие культуру украинскую. Я бы сказал, что гетман Скоропадский реализовал реформы об автономии окраин Петра Аркадьевича Столыпина.

– С Киевом и Львовом связаны имена знаменитых ваших предков. Почему, на ваш взгляд, новая власть в государстве предпочитает военные операции развитию промышленности, образования и дипломатии?

– Как я уже сказал, в Киеве был застрелен террористом Дмитрием (Мордехаем) Богровым, сыном киевского адвоката, посещавшего Дворянское собрание, выдающийся премьер-министр Петр Аркадьевич Столыпин. Погребен подле могилы Василия Кочубея в Киево-Печерской Лавре. Абсурдно то, что я, потомок выдающегося дипломата, создавшего закон об автономии и самоуправлении окраин России и мечтавшего воплотить этот закон в жизнь, вынужден ежегодно продлевать визу, позволяющую мне работать в Киеве! Не говоря о том, чтобы принимать участие в управлении страной и использовать язык, который стал уже одним из официальных даже в ООН – русский. Я не так молод, чтобы, являясь иностранцем на родине моих предков, изучить еще один язык! Новой же власти, взявшей ее не дипломатическим путем, а революционным и по сути своей разрушительным, есть чему поучиться у своих предшественников – моих предков. Но, по-видимому, власти предпочитают не замечать наше присутствие. Как, впрочем, игнорируется изучение наследия промышленника-сахарозаводчика графа Алексея Бобринского, создателя Политехнического института в Киеве. Неужели в XIX веке люди были глупее чем сейчас? Зачем же благодарные киевляне соорудили памятник графу Бобринскому на Бибиковском бульваре?

На протяжении всего XX века тиражировались убогие памятники создателю УССР – Ленину и одному лишь писателю Шевченко, сочинявшему, к слову, прозу на русском языке! Гоголь не входил в число украинских литераторов, несмотря на тематику своих произведений – за чтение Гоголя во Львове в начале XX века можно было даже схлопотать срок… Что касается Галицкой Руси, мой прадядя 100 лет назад был назначен военным губернатором Львова и генерал-адъютантом государя Николая II. А мой дедушка граф Алексей Бобринский был членом Государственной Думы и возглавлял Благотворительный Совет Галицкой Руси, зная хорошо нужды этой части государства. Существует замечательная газетная хроника о том, как восторженно встречали львовяне государя и радовались воссоединению Руси.

У могилы Петра Аркадьевича Столыпина в Киево-Печерской Лавре
Граф А.А. Бобринский на императорском балу, 1903 год
Дворец графов Бобринских в Богородицком уезде (фото со старой открытки конца XIX в.)
VN:F [1.9.16_1159]
Rating: 0 (from 0 votes)

Комментарии закрыты.