Беседа с князем Дмитрием Михайловичем Шаховским

2

Автор: Оксана Карнович

«Русская мысль» завершает серию интервью с русскими аристократами вокруг вопроса о престолонаследии. Предлагаем вашему вниманию беседу с князем Дмитрием Михайловичем Шаховским.

О.К.: Дмитрий Михайлович, хотелось бы узнать Ваше мнение как историка по вопросу престолонаследия в доме Романовых. По поводу законности присвоенных титулов княгини Марины Владимировны, высказались уже барон Эдуард Фальц-Фейн, князь Никита Лобанов-Ростовский, князь Александр Трубецкой и граф Сергей Капнист. Юрий Трубников рассказал, каким образом Мария Владимировна была представлена Борису Ельцину.

Кн. Д.Ш.: Нужно придерживаться исторической объективности, не стоит потакать какой-нибудь версии, надо пытаться найти общий подход. Начнем с того факта, что после отречения Николая II великий князь Михаил Александрович решил предоставить народу возможность выразить свою волю посредством всенародного голосования, т.е. через Учредительное собрание. Это создает впечатление, что Михаил Александрович хотел вернуться к положению 1613 года. Он видел, что происходит смута. И для него важным шагом было выйти из смуты. Не надо забывать, что Романовы – это первая династия в России, которая была избрана. Рюриковичи княжили по праву рода своего. К ним примкнули Романовы. Алексей Михайлович каялся в грехах Ивана Грозного как потомок последнего! Это говорит о последовательности восприятия государственности, которую подчеркивает «Титулярник».

О.К.: Михаил Александрович отказался вступить на престол потому, что не мог пойти против государя Николая II, которому присягал?

Кн. Д.Ш.: Не думаю. Отрекаясь в пользу своего брата, Николай II возложил на его плечи всю ответственность. Могу сказать следующее. Отрекаясь, государь предоставил ему последнее слово. Но как государем, так и Михаилом Александровичем руководила мысль о благе России. Я понимаю отлично Михаила Александровича, потому что все присягали государю. Я перечитывал одну проповедь святого святителя Иоанна (Максимовича), архиепископа Шанхайского. Он пишет, что осуждает всех, кто пошел против присяги. Это касается и части военных генералов, и всех тех, которые заставили государя подписать отречение и спровоцировали революцию 1917 года… Отречение – это роковой момент. Важно, что исторически оно было воспринято обществом очень тяжело. Все остались у какого-то разбитого корыта. Через государя присягали России, и отречение не снимало с них эту присягу.

О.К.: Можно, конечно, пофантазировать, что по одной из причин великий князь Михаил Александрович, зная законы престолонаследия, мог отказаться от верховной власти из-за морганатического брака с Натальей Сергеевной (урожденной Шереметьевской).

Кн. Д.Ш.: Вряд ли. Если государь указал на своего брата великого князя Михаила Александровича, следовательно, этот вопрос становится второстепенным. Здесь не следует фантазировать.

О.К.: Но, по Вашему мнению, может ли Мария Владимировна провозглашать Георгия Гогенцоллерн-Романова наследником Российского Императорского дома?

Кн. Д.Ш.: Мне кажется, по духу закона, пока есть наследники по мужской линии, нельзя выдвигать наследников по женской линии. Но если вы меняете закон или толкуете по-другому, то, конечно, вы все согласовываете по данному закону. Если вернуться к вопросу по линии старшинства, конечно, представитель старшей линии – Владимир Кириллович, а потом есть еще ближайшие родственники, потомки Александра II, включая светлейшего князя Юрьевского, который тоже Романов. Нельзя забывать, что Юрьевский получил свою фамилию, как одну их первых фамилий Романовых – Романовых-Юрьевых-Кошкиных. Это Романовская фамилия, а не какая-нибудь другая. Князь Юрий Долгорукий не является предком князей того же имени, вернее Долгоруковых, которые ведут свой род от черниговских князей.

О.К.: По логике, если отступать от законов престолонаследия, то принц Георгий Александрович Юрьевский, являясь прямым потомком императора Александра II и княгини Екатерины Долгорукой, имеет такие же основания объявлять себя наследником? Совершенно очевидно, что род Багратион-Мухранских не является царствующим домом. После присоединения грузинских княжеств в 1801 году к московскому государству они не сохранили суверенных прав, так как присягали на верность русскому царю, что являлось отказом от царских претензий. Поэтому они автоматически теряли свой суверенитет.

Фотография великого князя Михаила Александровича и великой княгини Ольги Александровны, 1898 г.
Фотография великого князя Михаила Александровича и великой княгини Ольги Александровны, 1898 г.

Кн. Д.Ш.: В данном случае есть определенный прецедент, который можно использовать. Это факт, что великая княжна Татьяна Константиновна, которая вышла замуж за князя Константина Александровича Багратион-Мухранского в 1911 году, должна была отказаться от всех прав на престол, потому что ее брак рассматривался как морганатический. Потому что единственные грузинские князья, которые имели особый статус, были светлейшие князья Грузинские, тоже Багратиды.

Я отлично понимаю, что все эти вопросы могут болезненно восприниматься. Но нужно придерживаться истории. Все это было до 1917 года. После 1917-го многое меняется и требуется новый взгляд. Это не означает, что у меня есть новый свежий взгляд. Это лишь попытка разобраться в этом вопросе. Я просто делюсь соображениями. Сначала нужно рассматривать факты, а потом действовать по совести. Конечно, я стараюсь быть объективным. Все мои предки присягали императору. И я считаю, если я продолжаю традицию, от присяги России я не могу отказаться. А что касается присяги императору, то императора нет. А присягали когда? Когда император (или великий князь) вступал на престол. Когда было соединение с одной стороны права наследия и правления. С моей точки зрения, это так. Вспомните, когда присягали Николаю Павловичу Романову. Думали, что будут присягать Константину, его брату. А по сути, Александр I ничего не подготовил и, если не ошибаюсь, считал, что Николай Павлович его наследник. Но он никого об этом не предупредил. Всегда надо подготавливать будущее. И в этом была ошибка Александра I. Восстание 1825 года отчасти произошло тоже из-за этого. Мои коллеги в основном не принимают Марию Владимировну. У каждого своя точка зрения. Кстати, отметим, что граф Петр Петрович Шереметев по происхождению того же корня, как и все Романовы – от Федора Кошки. Это тот же род Кобылы.

О.К.: Поэтому важно собрать мнение лучших представителей русской аристократии – пусть не единодушных во мнении, но старающихся добраться до истины.

 Архиепископ Иоанн (Максимович) Шанхайский
Архиепископ Иоанн (Максимович) Шанхайский

Кн. Д.Ш.: Лучше мнение объективного историка, который варился в этой каше и немного разбирался. Эти разговоры мне знакомы с детства. 13 декабря было празднование 90-летия Объединения Императорской гвардии. Я помню, когда был последний юбилей лейб-гвардии Преображенского полка. Мой отец был секретарем полка. Праздновали юбилей в присутствии великого князя Владимира Кирилловича. И этим самым, если хотите, Гвардейское объединение и Преображенский полк отдавали честь нашему представителю Романовых. Я помню, как это происходило и какое сильное впечатление на меня это произвело. Я увидел несчастного, скромного представителя рода, на которого обвалилось непосильное бремя и который находится в каком-то тупике.

О.К.: Сложно, когда нет поддержки семьи…

Кн. Д.Ш.: Остальные представители дома Романовых были глубоко обижены постановлением, согласно которому Владимир Кириллович начал раздавать новые фамилии своим родичам – Романовские или Романовские. Первый раз это произошло после того, как великая княжна Мария Николаевна вышла замуж за герцога Лейхтенбергского. Потомство именовали герцогами Лейхтенбергскими – князьями Романовскими. Следовательно, фамилию Романовских не следует давать представителям по мужской линии. В конечном итоге, правильный титул Георгия, рассуждая с точки зрения Владимира Кирилловича и Готского альманаха – Романов-Голштейн-Готторп-Гогенцолерн, так как мужская линия Романовых угасла в ХVIII. Но вполне понятно, что эта ветвь рассуждает, как надо сохранить преемственность и оказаться на первом месте с точки зрения старшинства. И выделиться на фоне молодого поколения Романовых, сохраняя русский язык.

О.К.: Дмитрий Михайлович, по Вашему мнению, что двигало Владимиром Кирилловичем, когда он объявил себя наследником Императорского дома, не имея реальной власти?

Кн. Д.Ш.: Мне кажется, самое главное – это положение великого князя Михаила Александровича. Его отказ от престола, который, по сути, касался всех, явно Кирилл Владимирович не признал. И как только он оказался за рубежом, объявил себя наследником Императорского дома. Это логично, потому что он был самым старшим. Но это, конечно, не соответствовало, наверняка, мнению покойного государя, который издал тайный указ, дав этой ветви, если у них будут наследники, другой титул. Это многим известно. Между прочим, я, может быть, первый видел этот акт и никогда его не цитировал, не считая это полезным. Но теперь он опубликован. Государь дал секретное распоряжение, если у великого князя будут дети, то они должны носить титул «Кирилловские». Все это было до 1917 года, до отречения государя и, конечно, до рождения Владимира Кирилловича. Распоряжение было секретным и, следовательно, никак не сказывалось на перечне особ императорской фамилии в Придворном календаре. Также можно полагать, что если существует семейный закон, он должен как-то преобладать. Совершенно последовательно эта ветвь продолжала считать, что она претендует на престол и таковой она была единственной. Тут есть определенная закономерность. Но эта закономерность, конечно, не опирается на законы о престолонаследии Российской империи. Почему? Потому что с момента революции, в общем, произошло пресечение всех законов. Законы может продолжать не только тот, кто является наследником, но и тот, который имеет реальную власть, либо является коронованным императором. Вот такая точка зрения мне кажется более правильной. Я совершенно не берусь рассуждать, в чем эта ветвь была права, в чем она была не права. Есть одна вещь, которая меня удручает: это то, что Кирилл Владимирович всем членам Романовых, у которых были морганатические браки, изменил фамилии, называя их Романовскими, Романовскими-Ильинскими и т.д.

Я питаю к Владимиру Кирилловичу особое уважение и, конечно, ко всему роду. Кроме этого, я с Владимиром Кирилловичем очень часто встречался, начиная с 80-х годов. Когда было празднование Крещения Руси, я ему говорил: «Это важное событие – Крещение Руси, Ваше Высочество». (Он имел право на титул «Ваше Высочество»; между прочим, все великие князья, когда их еще было несколько, решили, что он, как сын старшего, имеет право носить этот титул). И я ему сказал: «Если Ваше Высочество хочет праздновать тысячелетие Крещения Руси, то нужно это делать в России, в Москве. Совершенно неважно – согласятся или не согласятся, пустят или не пустят. Самое главное – все-таки высказаться. Это Ваше право, и совершенно естественно это сделать в честь святого Владимира, чье имя Вы носите. Все равно останется, что в этот момент Вы были с Россией. В данном случае это может быть воспринято как определенная историческая последовательность». Я ему также советовал, так как он был старшим, объединить всех Романовых. Но, к сожалению, Леонида Георгиевна, несмотря на весь ее ум, этому препятствовала.

О.К.: Препятствовала? Почему?

Кн. Д.Ш.: Потому что, с ее точки зрения, Владимир Кириллович единственный обладал легитимным правом. Я думаю, что самое главное право, которое он имел, это то, что он был самым старшим. Это право старшинства, потому что законы после 1917 года могут оставаться для семьи, но не имеют больше, скажем, удельного веса, потому что официально они упразднены, они могут действовать в узком кругу. Например, Гвардейское объединение живет по девизу «За Веру и Верность», Союз дворян, живет по законам Российской империи до 1917 года. И когда мы принимаем в Союз дворян, мы принимаем по этим законам. В этой области закон продолжает существовать.

О.К.: Но законно ли, что Мария Владимировна раздавала титулы?

Мария Владимировна наградила президента Российской академии художеств Зураба Церетели Императорским Орденом Святой Анны
Мария Владимировна наградила президента Российской академии художеств Зураба Церетели Императорским Орденом Святой Анны

Кн. Д.Ш.: В данном случае, я очень сожалею, что раздаются титулы. Для нас это совершенно неприемлемо с исторической точки зрения. Она берет на это право во вред себе. Это нелогично. Это воспринимается как неправильный шаг. Почему? Потому что она, может быть, самая старшая, но государственная власть у нее отсутствует. А нужно и то, и другое. Иначе говоря, чтобы как-то сохранить или утвердить свои права, ей не хватает народного признания или признания Учредительного собрания. На первом месте ставится воля народа. Мне кажется, такой подход самый трезвый. Выставлять ошибки предшественников – неправильно, но и игнорировать не надо! Каждый человек может ошибаться. На ошибках учатся. Сейчас они нас коробят, но они были совершены в то время, когда была полная неразбериха. То есть ошибки у всех и всегда были. Не судите, и не судимы будете.

Я выработал для себя определенную точку зрения – это верность России. Первая русская династия – это мой род, род Рюриковичей, для которого забота о России всегда была на первом месте. Что, конечно, не подразумевает какие-либо нелепые притязания. В этом русле совершенно правильно была проведена выставка Рюриковичей в Москве. Зато удивительно, что из Рюриковичей, которых не так уж мало (есть несколько родов), ни один род не был представлен. Как будто все Рюриковичи угасли с сыном Иоанна Грозного. Это тем более неправильно, что после того, как угасла ветвь Иоанна Грозного, все-таки был Василий Шуйский, царь из рода Рюриковичей. Но не следует разбираться между кандидатами. Мы все знаем, что было в 1613 году. Хотя точно не знаем, как избирался Михаил Федорович, но, во всяком случае, он был избран Земским собором и был составлен акт. И весь народ, включая Рюриковичей, включая Гедиминовичей, включая дворянство, служили и присягали через государя России. Пожалуй, следует этого придерживаться. Самым важным можно считать службу России. Все что для России хорошо – хорошо, а все что для России плохо – плохо.

Оставьте отзыв